Пять тысяч лет прошло с тех пор, как Трэрг Огненный Смерч, великий шаман Орков, обменял свою жизнь на будущее Ругодара. Но не все Дети Некроса были повержены в великой войне, недобитые остатки затаились и плетут свои черные козни в глубинах мертвого континента. Пять тысяч лет храбрые воины Небесной Тысячи, союза благородных Эльфов и доблестных Орков, ведут неустанную охоту на Детей Некроса, оберегая покой всего Парна.Но беда приходит вовсе не из безжизненных пустошей мертвого континента. Беда случается прямо на зеленых просторах Ругодара. Одно из становищ Орков поражено мором невиданной силы. Поветрие не пощадило никого: ни женщин, ни детей, ни стариков. По всем признакам, в деле не обошлось без магии, а значит, небеса Парна скоро озарятся пламенем новой войны, ибо зеленокожие гиганты не остановятся, пока виновные не поплатятся за свое злодеяние!
Рождённый пожирателем гнили всегда останется таковым, даже если сумеет обрести крылья и подняться в небо.
Доверху нагруженная парусная баржа тяжело ползла поперёк сильного течения, сопротивляясь непрерывно давящим в борт волнам, и гребцы изо всех сил налегали на вёсла. Стоящий на баке человек в походных одеждах торговца с нескрываемой тревогой обозревал волнующуюся вокруг непокорную речную ширь, то и дело переводя взгляд с бурлящих за бортом водных бурунов на лоцмана. Тот, не отрываясь, вглядывался в возмущённую поверхность реки, и каждые два удара сердца выкрикивал команды гребцам, осуществляя очередной манёвр. Простенький магический артефакт, укреплённый на отвороте его штормового плаща, усиливал голос лоцмана и доносил таковой до гребцов сквозь громкий плеск водной толщи.
– Левый борт – суши вёсла! – напряжённо гаркнул лоцман, заставляя человека в походных одеждах невольно крепче схватиться за леер. – Правый борт – два гребка!
Торговец вытянул шею и испуганно проследил взгляд лоцмана, но не сумел определить, что именно тот посчитал угрозой. Кругом бурлят полные опасностей коварные воды, на поверхности реки нет ни ладони спокойной глади, и угроза может быть где угодно. Баржа достигла середины Симиллы, и теперь предстоит миновать самый опасный участок реки. Подводные воронки, запросто способные в мгновение ока затянуть в себя лодку; многослойное дно, схлопывающееся в собственные пустоты, отчего водная твердь вместе с кораблём внезапно проседает чуть ли не на десяток саженей; завихрения ложных течений, возникающие по неизвестной причине и норовящие развернуть баржу вокруг своей оси, – эта часть русла Симиллы никогда не бывает спокойной. Благо близится День Малой Воды, река обмелела вдвое. Её ширина здесь, в пригодной для переправы узкой части, сократилась до пяти миль, а сила подводных воронок стала значительно ниже. Несколько месяцев пересекать Симиллу будет вполне можно, если не пожалеешь денег на наём хорошего лоцмана и длинномерной баржи.
– Правый борт – на вёсла! – лоцман повысил голос: – Обоим бортам – десять гребков! Шевелитесь, лентяи! Обходим водоворот!
С минуту баржа боролась с течением, огибая угрозу, и торговец со страхом провожал взглядом плохо заметный подводный вьюн пяти саженей в поперечнике, проплывающий на расстоянии вытянутой руки от правого борта. Наконец, опасное место осталось позади, и он облегчённо вздохнул. Баржа наверняка выдержала бы попадание в этот водоворот, потому что она длиннее, чем его сокрытый под водою зев, но покрутило бы судно изрядно. Сбило бы с курса, в трюмах попадал бы товар, не закреплённый намертво, и прочие неприятности. Десять лет назад, когда торговец только начинал своё предприятие в этих местах, ему по неопытности довелось пару раз утопить в Симилле баркас вместе с грузом. Наивные мысли о безобидности обмелевшей реки едва не привели его к разорению. Впрочем, с тех пор он изрядно поднаторел в пограничной торговле и выбирает для переправы правильные суда.
А вот как эти полубезумные Орки переправляются через Симиллу вплавь на своих жутких скакунах, да ещё закованные в броню от конских когтей до собственных бровей, – это воистину загадка. Хвала Эрдису Щедрейшему, что зеленокожие монстры вот уже четвертое лето не устраивают набегов, и торговля в пограничье идёт бойко.
Человек в торговых одеждах зло нахмурился. Он мог бы заработать за это время втрое больше золота, если бы не алчность легата, командующего пограничным фортом… С каждым караваном его аппетиты растут всё сильней, и это вызывает у торговца гнев, который приходится прятать под улыбчивой личиной.
– Правый борт – суши вёсла! – лоцман торопливо сместился ближе к левому борту. – Левый борт – три гребка!
Торговец вновь проследил взгляд лоцмана и вновь не смог разглядеть сокрытую в водных бурунах угрозу до тех пор, пока баржа не прошла мимо. Следующие полчаса прошли в непрекращающихся сменах курса, после чего наконец-то судно вышло на ровную воду.
До Ругодара оставалось не более мили, и посреди раскинувшихся от горизонта до горизонта бескрайних зелёных просторов, усыпанных разноцветьем степных цветов, хорошо виднелся пограничный разъезд Орков, приближающийся к причалу с запада. Судя по тому, что громадных зеленокожих всадников было всего четверо, основные войска приграничного клана или кланов находятся сейчас в рейде. И раз в Авлии в данный момент спокойно, то рейд этот Орки совершают в лоно Ратхаш. Что является вдвойне хорошим знаком.
