Месть за моего врага полностью

ДОМ БАБЫ-ЯГИ: Хотя три старшие дочери покинули дом, младшие — Александра, Елена, Галина и Лилия — продолжают жить здесь под пристальным надзором своей матери. Дом сильно изменился с тех пор, как они были детьми. Некоторые двери в нём настолько надёжно закрыты, что дочери редко или вовсе никогда не видели, чтобы их открывали. Спальня Бабы-Яги — одно из таких мест. За исключением старшей дочери, каждая из них бывала там не более трёх раз за всю свою жизнь.

ДОМ МАРЬИ АНТОНОВОЙ: Этот дом принадлежит женщине по имени Марья Антонова и её мужу Стасу Максимову. Они переехали сюда, когда Марье было всего двадцать. Стас мечтает о детских шагах, раздающихся в коридорах, и о смехе, который эхом отзывается от высоких потолков и радует его слух. Марья же слышит лишь угрозы, доносящиеся из стен по ночам, словно проникающие с шумных улиц. Она плохо спит, здесь или где-либо ещё.

«АПТЕЧНАЯ МАСТЕРСКАЯ БАБЫ-ЯГИ»: Это не только место работы младших Антоновых, но и прикрытие для бизнеса их матери. Магазин, как и сами Антоновы, обладает красивым, продуманным фасадом.

НЬЮ-ЙОРКСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ: Что касается Саши, это место принадлежит только ей. Что касается остальных, их всегда можно убедить, что это правда.

Дай мне его. Когда же он умрёт,

Изрежь его на маленькие звёзды,

И все так влюбятся в ночную твердь,

Что бросят без вниманья день и солнце.»

(отрывок из трагедии «Ромео и Джульетта»

в переводе Б. Пастернака)

(Матриархат)

Самое важное, что нужно знать о Марье Антоновой, — это то, что она представляет собой единую силу, с которой нужно считаться, даже если та занимает тела сразу двух женщин.

По крайней мере, так всегда считала старшая Мария Антонова.

— Назови малышку Екатериной, в честь моей матери, — предложил её муж, когда родилась их первая дочь, но Мария отказалась.

— Ты сможешь назвать следующего, — заверила она его, прижимая к себе младенца, и подумала: Ты можешь называть всех последующих, но этот ребёнок — мой.

Марии Антоновой было шестнадцать лет, когда её выдали замуж за мужчину, которого она называла исключительно по фамилии — Антонов, — потому что он никогда не казался ей близким. Он был уже в солидном возрасте (где-то чуть за тридцать, что в то время казалось древностью) и, хотя не был злым, особой теплотой тоже не отличался.

Антонов был бизнесменом и ведьмаком Боро, самым молодым, кто когда-либо становился «старейшиной» в Манхэттенском боро. Большую часть своего времени он тратил, скрывая свои темные делишки, о которых Мария узнала, лишь покорно отойдя на второй план.

Она подавала ему еду, наполняла бокалы, приносила нужные вещи, пока он негромко беседовал с другими ведьмами, не замечая, как внимательно слушает его молодая жена. Он даже не знал, что она говорит по-английски, до тех пор, пока не прошло четыре года после их свадьбы.

Марья подарила Антонову семерых детей, все были девочками. Первая Маша — старшая дочь, названная в ее честь, — тихо сидела у Марии на коленях и всему училась. У неё были огромные, внимательные глаза и такая же красота, какая когда-то была у самой Марии, а возможно, она была даже красивее. Маша была одарённой ведьмой, с самого раннего возраста проявлявшей необычные способности. Через два года, как по часам, появились двойняшки Екатерина (в соответствии с обещанием Антонову) и Ирина. Ещё через два года — Елена, затем Лилия. Через одиннадцать месяцев — Галина, рождение которой оказалось тяжёлым. И, наконец, младшая — Александра, или просто Саша.