— Нет, конечно, — согласилась Лариса и прошла в указанном направлении.
Кухня дочери бизнесменши, владелицы супермодного магазина, имела тоже какой-то старый вид, как и все в этом доме. Когда-то белые кухонные шкафчики пожелтели и потрескались, занавески на окнах больше напоминали цветные тряпки, а круглый деревянный стол, доставшийся скорее всего еще от бабушки, шатался от малейшего прикосновения. Впрочем, зато нигде не было ни пятнышка, ни пылинки… На подоконниках стояли горшочки с цветами.
Сама Наташа, едва зайдя в кухню, взяла нож и стала чистить картошку, сославшись на то, что она только что пришла с работы и они с мужем еще не ужинали.
— Простите, Наташа, — начала Лариса разговор, ради которого и приехала сюда. — Возможно, наша беседа будет вам и не очень приятна, но я хотела бы поговорить с вами о вашей матери.
В Наташином взгляде ничего не изменилось: те же недоверие и сердитость, но ни отчаяния, ни слез. Вот Серебряков реагировал совсем иначе при упоминании имени Каменской.
— И что же вы хотите узнать? — безразличным тоном спросила она.
— Прежде всего расскажите, пожалуйста, о ваших отношениях.
Наташа поморщилась:
— Да разве вы сами не знаете, как часто мы ссорились? Не понимаю я, как вообще так можно было жить, как она. А эти друзья ее — гоблины! «Новые русские», черт бы их побрал. Неужели за деньги можно терпеть всех? Да что там — деньги были смыслом ее жизни! Она и людей-то оценивала по количеству купюр в их кошельке и принадлежности к светскому обществу. Я бы и вовсе перестала с ней общаться, но она же мать все-таки. А она не верила: думала, что я из-за ее денег не рву с ней окончательно отношений. Не все же такие меркантильные, как она. Совсем свихнулась на своих бабках, понимаете…
Наташа запнулась и косо посмотрела на Ларису, вероятно сообразив, что та ведь и сама занимается бизнесом, а потому скорее примет сторону матери, чем ее.
Ее глаза мгновенно потухли, спина немного согнулась, а лицо приняло свое обычное сердитое выражение, как будто уже ничего не могло заинтересовать молодую женщину в этом погрязшем в стремлении к материальным благам мире.
«Как же мне заставить ее снова разговориться?» — задумалась Лариса и только для этого задала свой провокационный вопрос.
— Наташа, — сказала она, — а где вы были во время убийства?
И он попал в точку. Наташа резко вскинула голову.
— А вы что, из милиции? — почти прошипела она.
Ее глаза злобно заблестели, заставив Ларису вспомнить недавнюю перепалку со Свиридовой, перешедшую в рукоприкладство.
— Я уже давала показания, — отчеканила она. — Впрочем, скрывать нам нечего: в это время я вместе со своим мужем находилась уже в дороге домой.
«Да, мягко говоря, какие-то резковатые у нее скачки настроения, — подумала Лариса. — От таких людей не знаешь, чего ожидать в следующий момент».
Но тут ее мысли прервал детский крик, и в кухню вбежал симпатичный мальчик лет десяти, имевший в отличие от своей почти всегда растрепанной матери ухоженный вид. Было понятно, что на внука Каменская все-таки давала деньги.
— Мамочка! — прокричал он своим детским голоском, не замечая гостью. — Мы есть когда будем?
— Подожди, Илюша, — хмуро сказала Наташа, — не видишь, я разговариваю?
Илюша заметил наконец Ларису и уставился на нее своими синими глазками.
— Здравствуйте, — вежливо сказал он. — А вы что, тоже расследуете бабушкино убийство?
— Да, пожалуй, — согласилась Лариса. — А как ты догадался?
Мальчик улыбнулся. Его черты и выражение лица почти в точности повторяли Иринины, и было очень непривычно видеть знакомую хитрую улыбку на детском лице.
— Не знаю, — протянул он. — Все незнакомые люди теперь приходят к нам только для этого. Но менты — они сволочи и глупые.
Произнеся эту фразу, он окинул взглядом Ларису с ног до головы и прибавил:
— А вот у вас должно получиться.
— Илюша, — уже совсем сердитым голосом сказала Наташа, — иди в свою комнату. Дай нам поговорить спокойно.
Мальчик послушно поднялся и, попрощавшись с Ларисой, вышел.
«А ведь он из-за моей хорошей одежды начал подлизываться, — подумала Лариса. — Наверное, бабушка была для него гораздо большим авторитетом, чем родители».
— Наташа, — как бы мимоходом спросила она, возвращаясь к прерванному разговору, — а к кому Ирина собиралась лететь в Самару?
— Не знаю, — безразлично ответила та. — Я никогда не интересовалась ее деловыми знакомыми.
«Тоже мне — русские интеллигенты нашлись, — с легким презрением подумала Лариса. — Бедная Ирина! Почему никто из ее окружения, исключая деловых знакомых, совсем не интересовался, откуда берутся деньги, которые идут и на них в том числе. Ну, ничего. Сейчас мы найдем тему, которая обязательно должна заинтересовать эту красавицу».
— Хорошо, Наташа, — сказала она. — Последний вопрос, и я не буду вас больше отвлекать, ладно?
— Задавайте.
— Скажите, пожалуйста, а кто указан в Иринином завещании как главный наследник? Вы?
— Ну да, а кто же еще?
«Что-то незаметно, чтобы этот вопрос хоть немного взволновал ее. А ведь деньги ей очень нужны, а уж о ее муже и говорить нечего».
— А еще кто-нибудь фигурирует в завещании? — спросила Лариса.
