Земля — не просто каменная глыба, летящая в холодной бездне мировых пространств, она живет особой жизнью, которая во все века была понятна лишь немногим. К такому выводу пришли авторы этой книги — Юрий Павлович Супруненко, кандидат географических наук, член Союза писателей России, и Ирина Александровна Шлионская, опытный журналист, яркий писатель, предпочитающий жанр мистического триллера. Они давно и скрупулезно исследуют, в том числе во время самостоятельных экспедиций по России, Украине и Прибалтике, те места, что слывут в народе либо святыми, либо, напротив, «гиблыми», «проклятыми». И теперь, подытоживая результаты многолетних трудов, авторы рассказывают о таинственных процессах и удивительных местах, где как бы открываются врата иных миров, врата Шамбалы или Китеж-града, где и обычным путникам, не мудрецам и не волхвам, порой являются загадочные облики сияющих прекрасных городов или зловещие видения кровавых катаклизмов.
Издревле Земля была для человека объектом почитания. Согласно поверьям, она давала богам и людям жизненную силу. При этом могла быть как милостивой — награждать изобилием, так и грозной — обрушивать на людей стихийные бедствия в виде засух и землетрясений.
Для людей далекого прошлого Земля являлась живым, разумным существом. Ее представляли в мифах как богиню-женщину: Гею, Деметру, Изиду, Матерь Сыру Землю и т. д. И естественно, как у любого живого существа, у нее имелся пуп. Греки считали, что он находится в Дельфах: там в храме хранился сакральный мраморный шар, символизирующий собой «пуп Земли».
С понятием о нашей планете как о едином живом организме тесно связана наука геомантия — искусство гадания по земле.
На протяжении веков о геомантии шли яростные споры. Одним из сторонников древнего гадального искусства был ученый, организатор публичной библиотеки Марк Терентий Варрон Реатинский (116—27 гг. до нашей эры) — автор сочинения «Девять книг учений». Зато его современник Марк Туллий Цицерон (106—43 гг. до нашей эры) отнесся к геомантии скептически. Его философский трактат «О предвидении» (44 г. до нашей эры), написанный в виде диалога между автором и его младшим братом Квинтом, хотя и не касается научных приложений геомантии, но явно ироничен к ее фатализму.
Систематическое изложение геомантии можно найти у севильского епископа Исидора (560–636 гг.) в сочинении «Двадцать книг начал, или этимологий». Он объяснял особое значение геомантии тем, что человек, согласно Писанию, создан из глины.
Геомантия проникла и в Средневековье. Хуго Санталийский, магистр из Прованса, астролог, служитель епископской церкви в Тарасове (Северо-Восточная Испания), в 1140 году перевел на латынь труды Птолемея, Гермеса Трисмегиста, некоторых арабских ученых. Одним из авторитетнейших геомантов был Абу Саид Триполитанский (Ат-Тарабулуси), выходец из Сирии (864–955 гг.). На основе его работ Хуго написал поэму о геомантии. А эта поэма, в свою очередь, послужила в 1288 году базой для геомантического трактата Варфоломея Пармского. Другим переводчиком был геомант Герард Кремонский (1114–1187 гг.), его собственная работа называется «Книга астрономической геомантии». Много переводил и Платон Тиволийский: в 1134–1145 гг. он познакомился в Барселоне с астрологами и математиками, увлекся древним искусством и написал «Песчаную книгу», в которой изложил геомантическую процедуру на песке.
Не обошла геомантия и Русь. В Радзивиловской летописи на рисунке, посвященном осаде Торжка в 1182 году, помещены геомантические изображения, вероятно, с толкованием исхода битвы.
Геомантией занимались выдающиеся ученые Средневековья: Амплоний Ратинк де Берка (1363–1435 гг.), домашний лекарь кельнского архиепископа; Гартманн Шедель (1440–1514 гг.), видный историк, гуманист, создатель «Всемирной хроники»; Парацельс (1493–1541), знаменитый врач, с чьим именем связано появление химической фармакологии; Роберт Фладд (1574–1637), оксфордский философ, перенявший у розенкрейцеров математическую геомантию. И, конечно же, Агриппа Неттесгеймский (1486–1535), оставивший потомкам трактат «Рассуждения о геомантии».
Языческие представления о божествах и духах, в том числе и населяющих землю, не забыты и сегодня, несмотря на успехи естественных наук. Конечно, современному человеку непросто увидеть мир таким, каким его видел наш далекий предок, который был ближе к природе и лучше ее понимал, трудно представить себе Землю женщиной. Именно этим и объясняется возрастающий интерес к древнему магическому знанию, в том числе и к геомантии — почти забытому ныне искусству, родственному астрологии.
В воззрениях древних геомантов несомненно заключено рациональное зерно, и труд их не был напрасен. Исподволь этот прообраз геофизики накапливал знания о Земле, о необычных явлениях, трактуемых, разумеется, с точки зрения древних религиозных представлений. Ничего удивительного в этом нет, так зарождалась и геология.
У геомантии менее счастливая судьба, чем у ее сестры — астрологии. После века Просвещения она стала считаться суеверием. В результате надолго было забыто и главное направление геомантии — исследование влияния духов местности на человека и животных. По современной терминологии — изучение воздействия геофизических полей на живые существа.
Известно, что в одних местах Земли человек чувствует себя хорошо, в других — плохо; у многих животных тоже есть свои предпочтения. Исследователи, столкнувшись с этим феноменом, давали ему разные объяснения.
