В канун Нового года Билл сидел перед телевизором, держа в руке стакан с джином и тоником. Под слоем кубиков льда лежала толстая четвертушка лайма. Он всегда предпочитал лайм лимону, точно так же, как Марта и Дэвид. Это было нечто чисто винтеровское. На столе в Винтерфолде даже посреди зимы стояла коричневая блестящая керамическая миска с зелеными лаймами, похожими на драгоценные камни. Карен остановилась у мужа за спиной, нервно сплетая и расплетая пальцы.
– Билл, Билл?
Он обернулся, и она увидела в его глазах слезы, заметила, что у него остановившийся взгляд. На самом деле он вовсе не смотрел телевизор.
– Да.
Он прокашлялся и встал. Их разделял диван.
– Думаю, мне стоит переехать, – сказала Карен. – Я просто хотела узнать, что ты об этом думаешь. – Последовала пауза; Карен так боялась ответа Билла, что поспешно продолжила: – Думаю, нам нужно какое-то время пожить врозь. Чтобы ты понял, как относишься ко всему этому. А сейчас у тебя столько дел…
Билл покачал головой.
– Нет, все не так, Карен.
Он аккуратно поставил пустой стакан на полку. Карен нравилось, как осторожно и старательно он все делает, какие у него точные и тихие движения, как уютно он обживает свое пространство, как безопасно и надежно она себя чувствовала рядом с ним.
Карен прижала ладони к глазам, чтобы он не увидел ее слез.
Билл тихо проговорил:
– Я думаю, что тебе стоит переехать, потому что тебе надо понять, чего ты хочешь. Я не могу сделать тебя счастливой, это ясно. Я любил тебя. Если ты хочешь уйти, думаю, лучше уйти. У нас ничего не получилось, верно? – Он запрокинул голову, его глаза скосились к переносице, губы искривила неловкая усмешка. – Риск был с самого начала, правда? Но, думаю, рискнуть все же стоило. – Тут он обошел вокруг дивана и сжал ее руку. – Тебе есть куда уйти?
Карен стиснула зубы, чтобы Билл не увидел, как она не готова уйти. Она ни гостиницу не забронировала, ни подруге не позвонила… Впрочем, подруг у нее теперь не было.
– О да, я подумала, что… я… да, поживу у подружки, – солгала Карен.
– Правда? – Билл взял со столика ключи. – Ну что ж, – негромко произнес он, – оставлю тебя наедине, чтобы ты могла спокойно собраться. А я навещу маму.
Он стоял в паре метров от Карен. Они почти одновременно кивнули друг другу, чтобы хоть как-то поддержать разговор. Расстояние между ними… Потом Билл надел пальто.
– Дай мне знать, как устроишься.
С этими словами он вышел и оставил ее одну в маленьком доме. Карен начала собирать вещи, роняя слезы на стеганое одеяло на кровати. Она видела все камешки на дорожке, которая привела ее к этому моменту, все ошибочные повороты, все промашки. Она осталась совершенно одна, и в честь завершения ее отношений с Биллом никто не устроил фейерверка. А он готовил ей сэндвичи с котлетами по-киевски. Почему-то сейчас она вспоминала только об этом.
Джо встретил ее в конце улицы и помог донести чемодан. Он не задавал вопросов и в первую ночь уступил ей свою кровать.
– Я посплю в комнате Джейми. Никаких проблем.
Она вели себя друг с другом очень сдержанно.
– Спасибо, – ответила Карен, глядя на его короткие курчавые волосы, на темные волосы на руках, на крепкие пальцы, державшие ее сумку. Она пыталась вспомнить, каково было чувствовать себя обнаженной в его объятиях, но вспомнить не могла. – Я ненадолго. Начну искать что-нибудь.
Джо задержался на пороге.
– Прошу тебя, Карен, живи, сколько захочешь. Я понимаю, как тебе трудно. Но ведь и я за это в ответе. – Он кашлянул. – Верно?
– Наверняка, – ответила Карен. – Все об этом говорит.
Джо облизнул пересохшие губы. На долю секунды он явно испугался. Но это было настолько мимолетно, что Карен могло и показаться. Джо прижал к груди полотенце.
– Ты ведь знаешь, Карен, я люблю детей. Я не брошу вас. Я буду помогать, обещаю.
Четыре месяца спустя Карен услышала громоподобные шаги на лестнице, и ее сердце забилось чаще.
– А вот и он, – улыбнулась Шейла. – Он сейчас все для тебя сделает. Пусть только попробует не сделать.
– Да ты сама все уже сделала, Шейла, – сказала Карен и взяла со стола кружку с чаем.
Вошел Джо.
– Шейла! Брайан все-таки согласился стать нашим поставщиком, и мы будем продавать его мясо в пабе.
Джо перескочил через спинку дивана и упал рядом с Карен. Ее подбросило вверх, и она пролила на себя чай.
– Ой! – Карен принялась смахивать с юбки воду.
Джо подставил ладонь под кружку.
– Прости, прости, Карен. Как ты?
– Я устала, но это меня взбодрило. – Она улыбнулась Джо. – Давай я тебе чаю налью.
– Я сам, – сказал он и встал. – Я ненадолго.
– Я думала, ты сегодня вечером не работаешь? – спросила Карен, стараясь скрыть разочарование.
