Лишь относительно сектора Газы можно сказать, что отступление из этого района сулит Израилю только политическую угрозу, но не военную. В отличие от Иудеи, Самарии и Голанского плато, сектор Газы не имеет существенного стратегического значения для обороны Израиля. Это небольшая равнинная территория, где нет господствующих горных вершин. В прошлом Газа служила плацдармом арабского террора против Израиля, и она снова стала таковым после того, как в 1994 году оттуда были выведены подразделения ЦАХАЛа. Даже если из тактических соображений ООП сумеет на время прекратить вылазки террористов с подконтрольной ей территории, в долгосрочной перспективе угроза возобновления террора будет неизбежно сохранять силу. Но палестинский террор не угрожает самому существованию Израиля, а стать плацдармом арабской агрессии против нашей страны Газа не сможет, если Египет будет по-прежнему выполнять условия мирного договора, и Синайский полуостров останется демилитаризованной зоной.
Разумеется, израильское отступление из сектора Газы автоматически вызвало образование там мини-государства под управлением ООП. Теперь это мини-государство используется в качестве инструмента для распространения палестинского суверенитета на арабов Иудеи и Самарми, а в перспективе – Галилеи и Негева. Эта угроза становится все более ощутимой по мере подписания левым правительством все новых соглашений с ООП. Более подробно вопроса о последствиях нынешнего "мирного процесса" для будущего регионального урегулирования я коснусь в девятой главе.
Горный щит Израиля
Совместим ли политический суверенитет ПА с военным контролем над ПА
Можно ли в течение длительного времени осуществлять военный контроль над той или иной территорией и в то же время обеспечивать ее политический суверенитет? По сути дела, именно с этим вопросом связаны основные разногласия между израильскими сторонниками и противниками отступления из Иудеи и Самарии. В конце концов, полемика между левыми и правыми израильскими генералами о возможности территориального компромисса в Иудее и Самарии не носит характера профессионального спора по военным вопросам. Относительно чисто военного аспекта данной проблемы между подавляющим большинством генералов наличествует полное единодушие. Все они согласны с тем, что для обеспечения безопасности Израиля ЦАХАЛ должен сохранить военный контроль над значительной частью Иудеи и Самарии. Спор ведется, главным образом, о политическом статусе этих территорий: какая формула суверенитета в Иудее и Самарии сможет обеспечить Израилю реальные гарантии безопасности?
Многие полагают, что Израиль сможет сохранить свое военное присутствие на территории, находящейся под арабским суверенитетом. Между тем, Египет в свое время отказался сохранить на переданной ему территории Синайского полуострова даже самое минимальное израильское военное присутствие (одну авиабазу). Нет никаких оснований полагать, что какое-либо иное арабское правительство удовольствуется меньшим. Среди сторонников отступления есть и такие, кто надеется, что Израиль сможет сохранить за собой контроль над воздушным пространством палестинского государства. Но, в конце концов, все эти благие пожелания не выдержат столкновения с верностью принципам суверенитета – как это случилось с американским контролем над зоной Панамского канала, с британским контролем над Суэцким каналом и с многими другими моделями частичного ограничения национального суверенитета, рухнувшими в XX веке.
Израиль будет бессилен перед лицом огромных арабских армий, развернувших свои боевые порядки в считанных километрах от его главных городов, аэродромов и промышленных зон. Тот, кто хочет сохранить военный контроль над горными районами Иудеи и Самарии, где важнейшие стратегические позиции тесно соседствуют с основными центрами палестинского населения, должен осуществлять на этих территориях как военное, так и политическое управление. Отказ от политического управления Иудеей и Самарией приведет, в конце концов, к утрате военного контроля над этими районами.
Горный щит Израиля
Водные ресурсы Израиля – основа его жизнеспособности.
При решении проблемы должны приниматься в расчет не только ее стратегические аспекты, но и другие параметры, имеющие самое непосредственное отношение к национальной безопасности Израиля. Первостепенное значение в данном контексте имеет вопрос о контроле над водными ресурсами, без которых ни одно государство не может чувствовать себя жизнеспособным. Излишне говорить о том, что на Ближнем Востоке вода представляет собой огромную ценность. Израиль, а также его соседи Египет, Сирия и Иордания – страдают от острого дефицита водных ресурсов. С каждым годом увеличивается разрыв между растущим потреблением воды и естественным восстановлением водного потенциала в нашем засушливом регионе. Особенно острое положение в этой области сложилось в Сирии, где даже в Дамаске подача воды иногда прекращается ночью на несколько часов/*14.
