В ответ на такие сравнения западные дипломаты и журналисты обыкновенно утверждают, что от Израиля можно ожидать приверженности более высоким принципам нежели те, которыми руководствуются арабские диктатуры. Это совершенно верно: демократическое государство следует судить на основании норм и критериев, принятых в демократических странах. Что ж, за годы интифады и в демократических странах несколько раз имели место вспышки массового насилия; самые памятные из них – в Венесуэле и Индии.
В Венесуэле в 1987 году после двухдневных массовых волнений правительство восстановило общественный порядок ценой 119 убитых и 800 раненых. В Индии во время десятидневной осады Золотого храма в столкновениях между сикхскими сепаратистами и правительственными войсками было убито 113 человек/*63. В ходе каждого из упомянутых инцидентов число убитых было больше, чем в столкновениях между палестинцми и Армией Обороны Израиля за целый год интифады. Когда в демократическом государстве начинается разгул грабежей и насилия, когда транспорт забрасывают камнями, а магазины поджигают, правительство оказывается перед необходимостью применения жестких мер подавления, поскольку первейший долг всякого правительства – обеспечить нормальный порядок правления и общественное спокойствие.
В середине 60-х годов волна массового насилия прокатилась по крупным городам Соединенных Штатов. В ходе восстановления общественного порядка в Лос-Анджелесе были за несколько дней убиты 34 человека, в Ньюарке – 20, в Детройте – 43 и еще десятки в иных населенных пунктах. Аресту подверглись десятки тысяч человек. Когда в 1968 году вновь вспыхнувшие волнения охватили 125 городов США, у американского правительства не осталось иного выбора, кроме применения мощной военной силы: 55.000 солдат и полицейских были брошены на подавление беспорядков. 46 человек были убиты и свыше 21.000 арестованы/*64.
Не стоит думать, что подобные вспышки дело далекого прошлого: уличные волнения в Лос-Анджелесе в мае 1992 года привели к гибели 51 человека, а затем полиция Лос-Анджелеса подверглась острой критике за недостаточное использование силы, находившейся в ее распоряжении.
Метание камней в проезжающие автомашины тоже имеет аналогии за пределами контролируемых Израилем территорий. Так, например, в 1991 году два американских подростка из штата Мэриленд были схвачены, когда они швыряли камни в проезжающие мимо автомобили; в результате этого хулиганства 15-летняя девушка, находившаяся в одной из машин, была тяжело ранена. (За годы интифады в Иудее, Самарии и Газе несколько евреев погибли при аналогичных обстоятельствах: увесистый камень, брошенный в машину, которая едет со скоростью 90 км/час, зачастую оказывается смертельным оружием.) Против подростков из Мэриленда были выдвинуты обвинения по 90 статьям уголовного кодекса: нападение с целью убийства, нападение с целью нанесения увечий, нападение с целью лишения дееспособности, оскорбление действием, злонамеренное уничтожение имущества и т.п. Преступники были приговорены к 500 годам заключения, а это означает, что всю свою оставшуюся жизнь они проведут за решеткой/*б5.
Следовало бы ожидать, что "жестокая" израильская военная администрация будет применять в аналогичных случаях столь же суровые меры наказания, однако арабы, метающие камни в еврейские машины, приговариваются к выплате весьма умеренных штрафов (в том случае, если они не нанесли пассажирам серьезных увечий).
То, что Израиль судят не по обычным международным меркам, доказывает наличие не двойной даже, а тройной морали: одни требования предъявляются к арабским диктатурам, другие – к демократическим государствам Запада, и третьи, совершенно особые, к Израилю. Предъявление особенно жестких требований к Израилю оправдывается обычно тем, что само израильское присутствие на контролируемых территориях является, якобы, противоправным и аморальным. Поэтому всякий раз, когда ЦАХАЛ применяет силу, его обвиняют в преступной жестокости. Ни одна нация не может удостоиться справедливого отношения, если ее действия расцениваются на основе столь лицеприятных критериев.
