Как может человек, живущий в Америке, Великобритании или Франции, почувствовать уязвимость крохотной страны? Полет из Монреаля в Майами, через самую узкую часть Соединенных Штатов (с севера на юг), продолжается три часа. Точно такой же пассажирский самолет пролетает от береговой линии Тель-Авива до аэропорта им. Бен-Гуриона, расположенного вблизи "зеленой черты", за две минуты. Продолжив полет на восток, этот же самолет через 5 минут оказался бы в воздушном пространстве Иордании. Другими словами, если для того, чтобы пересечь в самом узком месте территорию США пассажирскому самолету требуется 3 часа полета, то территорию Израиля тот же самолет пересекает за считанные минуты. Боевому же самолету для этого понадобилось бы менее двух минут.
Защита такой крошечной территории от сил, совокупная мощь которых приближается к стратегической мощи блока НАТО, представляет собой исключительно трудную задачу. Будучи заместителем министра иностранных дел Израиля, я должен был однажды коснуться этой проблемы, находясь в Центральной Африке. Глава одного африканского государства, с которым у Израиля не было дипломатических отношений, лично и неофициально пригласил меня посетить его страну. После любезного приема африканский руководитель объяснил мне, что он не является врагом Израиля, но как друг палестинцев он хотел бы знать, почему бы нам просто не отдать им Западный берег, решив тем самым политическую проблему раз и навсегда. Я взял салфетку, поданную вместе с кофе, и начертил на ней контуры Израиля, выделив территорию Иудеи и Самарии и указав соответствующие расстояния. Я составил также краткий список сил, противостоящих Израилю с востока. "Господин президент, - сказал я, - Вы человек военный. Не могли бы вы указать здесь минимальные границы, необходимые нам для обороны?" Африканский лидер сказал, что он понял меня.
На самом деле такие границы уже были однажды начертаны. 29 июня 1967 года, через две с половиной недели после окончания Шестидневной войны, американский министр обороны Роберт Макнамара обратился к Объединенному комитету начальников штабов США с просьбой представить ему карту, на которой была бы изображена минимальная территория, необходимая Израилю для самообороны. Генералам было дано указание представить экспертную оценку, "не считаясь с политическими факторами".
Пентагон составил такую карту, исходя из чисто военных соображений, задолго до того, как политические проблемы все-таки напомнили о себе и заставили американскую администрацию прислушаться к требованиям арабов. Эта карта воспроизведена здесь (см. карту 11), как и сопровождавший ее доклад (см. Приложение 7).
Последний рекомендует Израилю сохранить под своим непосредственным военным контролем четыре пятых территории Иудеи, Самарии и Газы, а также всю территорию Голанского плато. По мнению американских военных экспертов, единственная территория, которую Израиль может вернуть арабам, не подвергая себя смертельной опасности, - это восточный склон Самарийского хребта, выходящий к реке Иордан, и большая часть Синайского полуострова. Такова точка зрения объективных военных специалистов из министерства обороны США, а не "правых израильских генералов".
По прошествии двух десятилетий, в 1988 году, сто отставных американских генералов и адмиралов обратились к администрации США с петицией, в которой доказывалось, что экспертная оценка Пентагона, сделанная в 1967 году, "сегодня еще более обоснованна и правомерна". Составленный ими документ гласит:
"(Без территорий) карликовый Израиль станет исключительно соблазнительной мишенью для арабских военных авантюр и для терроризма, а в конечном итоге - для решительного военного наступления, способного положить конец его существованию... Если бы Израиль отказался от Западного берега... он лишился бы возможности эффективного оповещения о готовящейся против него агрессии... Буквально все население Израиля оказалось бы в этом случае под угрозой артиллерийского обстрела. Долина Шарон к северу от Тель-Авива могла бы быть расколота танковым клином за считанные часы. Быстрая мобилизация гражданского населения в резервистские части... была бы с легкостью сорвана, и, возможно, необратимо"[446].
