Вторая причина несостоятельности довода, которым пользуются сторонники отступления, связана с невозможностью демилитаризации по политическим причинам. Любой участок территории, который будет покинут Израилем, немедленно окажется под контролем государства ООП - и не имеет значения, с помощью какой формулы будет прикрыт этот принципиальный факт (например, "конфедерация с Иорданией"). Таким образом, речь идет о демилитаризации целого суверенного государства, что не имеет ни единого прецедента в мировой истории. Это условие просто не может быть выполнено. Следует заметить, что длительное поддержание эффективного режима демилитаризации даже в определенном районе того или иного государства (или между государствами) представляет собой весьма нелегкую задачу. Демилитаризация Рейнской области в Германии после Первой мировой войны была призвана защитить Францию от потенциальной немецкой агрессии. Но Британия и Франция не были готовы вступить в войну из-за нарушения статуса этого региона, поэтому Гитлер смог ввести туда свои войска, как только он этого всерьез захотел.
Судьба данных арабами обязательств о частичной демилитаризации определенных районов также не внушает особого оптимизма. Получив в свое время от США танки "Паттон", король Хусейн пообещал не размещать их к западу от реки Иордан, однако за несколько недель до начала Шестидневной войны иорданский монарх уступил уговорам египетского президента Насера и перебросил эти танки в окрестности Иерусалима. Подобным же образом и Египет нарушил свое соглашение с Израилем, заключенное по окончании "войны на истощение" в 1970 году: накануне Войны Судного дня египетские зенитно-ракетные батареи были выдвинуты к Суэцкому каналу. Поскольку диктаторы без особых колебаний преступают собственные обязательства, в отношениях с ними не следует полагаться на договоренность о демилитаризации, которая в любой момент может быть нарушена.
Однако приведенные примеры не могут даже сравниться с теми проблемами, которые вызовет попытка демилитаризации целой страны. Израиль не в состоянии обеспечить тщательную проверку каждой автомашины, въезжающей на территорию палестинского государства. Точно так же Израиль не сможет задержать любой гражданский самолет, следующий в Палестину из Ливии или Афганистана, с тем, чтобы подвергнуть его досмотру в аэропорту им. Бен-Гуриона. Какая страна согласится на столь грубое вмешательство в свою внешнюю торговлю и международные сообщения? Палестинское государство будет настаивать на своем принципиальном праве контролировать свои границы собственными силами.
Более того, оно будет настаивать на своем "праве на самооборону", без которого ему будет суждено стать жертвой интриг и угроз со стороны других арабских государств и различных террористических организаций. "Право на самооборону" очень скоро превратится в требование о создании собственной армии. Палестинское государство потребует также вывести со своей территории все израильские войска. Опыт XX столетия свидетельствует о том, что во всех случаях, когда принципу демилитаризации противостоял принцип суверенитета, победу торжествовал суверенитет.
Разве кто-нибудь сомневается в том, что, выдвинув вышеперечисленные требования, палестинское государство удостоится единодушной поддержки арабского мира и многих других стран? Готовность части израильского общества покинуть "оккупированные территории" основана на чем угодно, но не на ясном политическом мышлении. Первым условием ясного мышления является способность смотреть в лицо фактам. Одним из тех очевидных фактов, которые последовательно игнорируются сторонниками отступления, является невозможность действительной демилитаризация Иудеи, Самарии и Газы - как в долгосрочной перспективе так и на самые скромные сроки в обозримом будущем.
Даже если мы сумеем убедить часть палестинцев согласиться на наше условие о демилитаризации, принятые ими обязательства не выдержат испытания временем. Очень скоро Израиль лишится способности контролировать ситуацию. Каждое проникновение на территорию Иудеи, Самарии и Газы, предпринятое Израилем в ответ на нарушения договора о демилитаризации, будет рассматриваться международным сообществом как посягательство на территориальную целостность иностранного государства. Весьма вероятно, что границы Палестины будут охраняться международными силами (готовность допустить присутствие международных наблюдателей в Газе, Иерихоне и Хевроне, проявленная правительством Рабина уже на ранней стадии переговоров, лишь укрепляет это предположение). Иными словами, осуществление операций возмездия в случае нарушения договора о демилитаризации палестинской стороной будет связано для Израиля с риском глобального военного конфликта с арабскими странами и с угрозой применения против нашей страны международных санкций.
