В этих условиях израильская армия делала то, что было предписано ей Четвертой женевской конвенцией: она старалась защитить арабское и еврейское гражданское население, патрулируя шоссе, разбирая дорожные завалы и арестовывая зачинщиков беспорядков[273]. В ответ на это члены "штурмовых комитетов" набрасывались на солдат ЦАХАЛа с топорами, кирпичами и бутылками с зажигательной смесью. Таким образом они снискали себе международную славу "борцов за свободу". Теперь ООП было важно не испортить мученический образ палестинского восстания и не спровоцировать ЦАХАЛ на жесткие ответные действия. С этой целью руководство ООП разослало приказ, запрещающий палестинским боевикам на контролируемых территориях использовать огнестрельное оружие.
С началом массовых волнений многие на Западе и в Израиле полагали, что возбужденные подростки в Шхеме и Хевроне желают лишь освобождения Западного берега от израильского контроля, но "штурмовые комитеты интифады" видели свою задачу иначе. Арафат и лидеры ХАМАСа поставили перед ними гораздо более значимую цель: изгнать евреев с каждого дюйма "палестинской земли". В листовках руководители "штурмовых комитетов" разъясняли цели борьбы своим сторонникам. Так например, листовка организации ФАТХ, выпущенная 21 января 1991 года, гласила, что евреи являются "потомками обезьян и свиней", с которыми следует себя вести соответствующим образом. Выпущенный тогда же призыв ХАМАСа гласил: "С врагом не будет никаких переговоров. Ни один сантиметр палестинской земли не будет уступлен. Путь к освобождению лежит через джихад". Что же касается евреев, живущих в Иудее и Самарии, то лидеры интифады призывали своих последователей "зажечь землю у них под ногами"[274].
Западные средства массовой информации никогда не интервьюировали лидеров интифады с помощью переводчика, знающего арабский, потому и не могли услышать, чего же именно хотят добиться "борцы за свободу". Когда же сотрудник СВS Боб Саймон опробовал этот "новаторский" метод, он получил прямой ответ от руководителя группы из семи активистов интифады, лица которых были скрыты масками:
"Я хочу всю Палестину, всю целиком… Палестина неделима. Хайфа, Акко, Яффо, Галилея, Назарет – все это части Палестины"[275].
Ни одна из этих "частей Палестины" не находится на территории Иудеи и Самарии. Все это – области Израиля, принадлежавшие ему и до 1967 года; во всех указанных районах наличествует значительное еврейское население.
Но спустя несколько месяцев все, кроме крайних экстремистов, стали уставать от погони за этой несбыточной мечтой, и ореол интифады начал меркнуть. Бесконечные забастовки подорвали развитие экономики, которая кропотливо строилась с 1967 года; многие предприятия закрылись, и их владельцы были доведены до нищеты. Контроль за соблюдением правопорядка был передан в руки соперничающих бандитских формирований, финансируемых и управляемых различными группировками ООП[277]. Началась жестокая охота на "коллаборционистов", в ходе которой активисты интифады уничтожали всех, заподозренных в сотрудничестве с Израилем. В числе жертв зачастую оказывались лица, вызвавшие личное недовольство тех или иных бандитских главарей: богатые, люди с высшим образованием, политические противники и т.п. Насилие, порожденное интифадой, было, в конечном счете, обращено против самого арабского населения.
