Как можно связаться с Юханом Маноло Зарко Мартинесом в испанской тюрьме? Через адвоката? Но как его зовут?
Она тяжело вздохнула, но потом улыбнулась.
Она достала мобильный телефон и открыла телефонную книгу.
Никлас Линде, Испания.
Пожав плечами, нажала кнопку «Позвонить».
Он ответил сразу.
– Привет, – произнесла она бодрым голосом. – Это Анника, Анника Бенгтзон, из «Квельспрессен»…
– Привет, Анника, – тягуче ответил он. – Как дела?
– Спасибо, хорошо, а у тебя?
– Светит солнце, я весел и счастлив.
– Ты в Испании?
– В Пуэрто-Банусе, детка.
– Это здорово, потому что мне нужна твоя помощь в одном деле.
– Слушаю тебя. Что случилось?
В трубке слышался смех и звон фарфора. Она явственно представила себе его – загорелого, в спортивном пиджаке и темных очках, с суточной щетиной.
– Тот парень, которого взяли той ночью в Сан-Педро…
– Это когда ты не захотела покататься на велосипеде?
Анника покраснела и опустила голову к клавиатуре.
– Да, верно. Так вот, его зовут Юхан Маноло Зарко Мартинес, так?
– Совершенно верно.
– Мне надо взять у него интервью.
В трубке раздался рев кофемашины. Полицейский дождался, когда стихнет этот адский шум. В трубке слышался шум ветра. Значит, он сидит на улице. Наверное, там жарко, дует сухой и знойный ветер.
– Это будет трудно, – сказал Никлас Линде. – Парень сидит в Малаге, а ты, наверное, в Стокгольме.
– Я приеду завтра утром, – сказала Анника и покраснела еще сильнее, услышав смех Никласа Линде.
– Это уже становится интересным.
– Он сидит на строгом режиме или к нему пускают посетителей?
– Думаю, ограничения сняты. Мальчик поет как канарейка. К сожалению, знает он немного. Он рассказал о тех членах банды, что уже пойманы, но не сообщил ничего нового.
– Как ты думаешь, он согласится дать интервью «Квельс-прессен»?
Анника услышала, как женский голос тихо произнес что-то по-испански почти в трубку. Потом послышалось нечто вроде поцелуя.
Она прикрыла глаза ладонью.
– Думаю, едва ли он захочет выступать в роли стукача, если мы назовем это так, – беззаботно ответил полицейский, когда женщина ушла.
Анника посмотрела на часы. Он, наверное, завтракает. Может быть, он просто заказал кофе? Кто эта женщина? Постоянная или подружка на ночь?
– Я не жду от него долгих излияний, – сказала Анника, усилием воли заставив себя сосредоточиться на профессиональных делах. – Я возьму личное интервью о том, как он попал в эту ситуацию, о его жизни на Солнечном Берегу…
– Я могу поговорить с его адвокатом, если хочешь, – предложил Никлас Линде. – Когда ты появишься здесь? Я могу встретить тебя в аэропорту.
Ей пришлось немало потрудиться, чтобы скрыть радость.
– Спасибо, но не стоит. Я сразу поеду на международный семинар об отмывании денег в Малаге, там в два часа будет пресс-конференция.
– Хорошо, тогда мы увидимся, я тоже там буду.
У Анники в животе появилось странное ощущение.
– Ну хорошо, – сказала она. – Тогда, может быть, ты поможешь мне еще в некоторых делах? Ты не знаешь, есть ли в Гибралтаре шведский адвокат, который может посоветовать, как превратить грязные деньги наркомафии в кристально чистые деньги приличного бизнеса? Есть ли у тебя на примете шведка с силиконовой грудью, которая может рассказать о светской жизни в Пуэрто-Банусе?
– Насчет адвоката будет сложно, но подходящую телку я, скорее всего, найду. Насколько важны силиконовые груди?
– Это самое важное.
– Такую и закажем, – рассмеялся он.
Анника улыбнулась в трубку.
– Увидимся завтра, – сказала она и отключилась.
Линде будет там, и они встретятся. Он предложил забрать ее из аэропорта. Наверное, снова ее поцелует.
– Земной шар у ног Анники, – сказала Берит и помахала рукой перед глазами коллеги. – С кем это ты говорила?
Анника откашлялась и попыталась спрятать лицо за ворохом бумаг.
– Полицейский из Малаги, – ответила она.
– Кнут Гарен? – поинтересовалась Берит.
– Нет, его шведский коллега.
Берит проницательно посмотрела на Аннику поверх очков.
– Полицейские обычно бывают хороши в постели, – сказала она. – Это связано с их мужественностью и в объяснениях не нуждается. Между прочим, то же самое относится и к армейским офицерам.
Анника почувствовала, как у нее отвисает челюсть.
– Просто маленький совет, – сказала Берит и снова уткнулась в экран.
Анника написала статью о человеке, укравшем велосипед, заметку о чудодейственном британском креме, который начали продавать в Швеции, и поговорила по телефону с биржевым маклером, которого только что оправдали в деле по уклонению от налогов.
– Суд лишь подтвердил то, что я говорил с самого начала: я невиновен! – гремел в трубку старый прожженный брокер. – Суд признал меня невиновным!
– Нет, – поправила его Анника, – дело было совсем не так. Тебя оправдали за недостаточностью улик, а это вовсе не одно и то же.
Потом она съела багет с камамбером и ветчиной, а потом выпила две кружки кофе из их общей с Берит кофеварки.
Она постаралась разобраться со слухами о том, что некая знаменитость избила свою подругу. Тот упорно открещивался и от подруги, и от слухов. Анника сделала из этого вывод, что слухи были верны, но не до такой степени.
