Согласное "да" далось с трудом. Наставник ушел, оставив меня в напряженном ожидании. Сидя в коридоре, я отвлекалась, в мельчайших деталях представляя крышу и стены, окна и крыльцо, окружающие дома и... Земля дрожала, воздух раскалился до горячей испарины на коже и мокрой насквозь одежды, сгустившаяся хмарь заползала в оконные и дверные щели, смердя болотом и тленом. И, убедившись в крепости дома, я с головой ушла в другое дело - чистила воздух. Вспоминала, как свежо дышлось в окруженной горами столице, где не было ни хмари, ни опасности из-за стен, и какая после весеннего дождя случалась ветреная прохлада...
Я очнулась от резкого голоса госпожи:
- Где, провались оно всё, маг?!
Я вскочила на ноги. Сердце сжалось от дурного предчувствия. Дверь с грохотом распахнулась, впуская горячую хмарь и двоих грязных мужчин, которые тащили на носиках... кокон. Тёмно-зелёный, истекающий слизью, подвижный. Словно кто-то рвался... От понимания у меня волосы встали дыбом. Кто-то исступленно рвался наружу. "Кто-то"... Наставник...
- Ты, - госпожа посмотрела на меня в упор, - работай.
Носилки опустили на пол в спальной комнате. Я зашла следом и испуганно сглотнула. Надо... надо собраться и...
- Ну? - прозвучало за моей спиной резкое. - Чего стоишь?
Кокон вспух и лопнул болотным пузырем, растекся по полу грязной жижей. А под ним оказался еще один. Лишь на мгновение мелькнуло искаженное лицо Айгона, жадно хватающего ртом воздух. И отработанный на учебе инстинкт разом пересилил неуверенность и страх. И впервые мне удалось
- Кажется, это что-то внутри, - заметила госпожа, когда я "порвала" очередной кокон. - Найди.
Я посмотрела на нее недоверчиво снизу вверх. От усталости у меня плыло перед глазами. Я сидела на коленях, в ошметках болотной слизи, грязная и измученная, а она хотела...
- Внутри? - я сглотнула, глядя, как по скрюченному телу Айгона медленно ползут капли слизи, сращиваясь, образуя новую оболочку.
- Да, как семя в земле. Вырви заразу с корнем.
- Но...
...я никогда не работала прежде с телом, только с предметами! Наставник говорил, пока не научусь безошибочно, в любом настроении и при любом самочувствии, менять форму неодушевленного, нельзя браться за живое. Он, конечно, много рассказывал, готовил...
- Не знаешь? - госпожа правильно истолковала мое смятение. - Но это не значит, что у тебя не получится. Это значит, что ты не хочешь пробовать. Не хочешь даже попытаться.
Она сохраняла невероятное хладнокровие. Стояла, твердо глядя на меня, и ее взор требовал, приказывал делать... хоть что-то. Я отерла вспотевшее лицо грязным рукавом, нахмурилась, посмотрев на наставника.
- Приступай, - велела госпожа негромко. - Хуже уже не будет. Но может стать лучше. Рискни.
И я решилась. Вспомнила все рассказы Айгона, представила его тело прозрачным и
- Кровь, - подсказала бабушка Оссо. - Представь, что это просто кровь.
И я постаралась. Из последних сил перебарывала чужую незнакомую магию, представляя, изменяя, исцеляя... И с каждым сгустком, казалось, я билась вечность, и кончились они внезапно и вдруг. "Разжижев" последний, я напряженно поискала следующий и встретила уставший, но привычно улыбчивый взгляд наставника.
- Умница, - тихо сказал он. - А теперь отдыхай, - и, с трудом сев, добавил: - Есть хочу. Принесешь?
Меня ветром сорвало с места. На приливе сил я убежала на кухню и быстро разогрела суп. А когда вернулась, Айгона уже не стало. Госпожа сидела рядом с ним в луже грязи, держа над неподвижным лицом раскрытую ладонь, и шептала слова прощания.
Плошка с супом выпала из моих рук, но ни я, ни госпожа этого не заметили. Не отвлеклись на грохот, не оглянулись. Мои губы беззвучно зашевелились в прощании, но в мыслях нужных слов не было. Только мертвая пустота.
Не знаю, сколько я так простояла. Очнулась, когда госпожа договорила, вдохнула-выдохнула и позвала людей. И я обнаружила, что в доме полно народу. Они проходили мимо меня, опять не замечая, и это вернуло меня в чувство. Опять - никто...
Ноги сами унесли меня на чердак. Шуруш тихо попискивал, а мои руки уже начали собирать сумку. Если не выгонит - сама уйду. Не смогу остаться. Здесь - и без вечно круглой и доброй улыбки наставника?.. Нет, человек... важнее места под солнцем. Он ушел к предкам, и без него это место потеряло смысл.
- Знаешь, почему я так не люблю безродных?
Вздрогнув, я обернулась. Госпожа стояла в дверном проеме и задумчиво смотрела на шуруша. А тот смущенно замер рядом со мной, опустил многочисленные "нити" глаз.
- Потому что мы - пыль? - тихо отозвалась я.
