– Мы вернулись в Иершалаим, искали тебя по дороге, целый день шли... Как ты здесь очутился? - Иосиф спрашивал и сам себе удивлялся: никакой обычной злости, только отчаянная радость от встречи. - Иешуа, ответь, не молчи!
Мальчик смотрел на отца все тем же стеклянным взглядом. Ответил ровно:
– Зачем меня искать? Или вы не знали, что мне надлежит быть в доме Отца моего?
Опять смешки раздались. Ну чем не радость для публики: мальчик-дурачок, совсем болезный...
Хорошо, Иосиф, поглощенный своим неожиданным счастьем, не услышал ответ сына.
– Вставай, сынок, пойдем... - Он рывком поднял мальчика, взял за плечи, повел прочь.
И Петру пришла пора уходить. В общем он был доволен первым контактом. Да, есть шероховатости, мальчик еще сырой, но потенциально - возможности гигантские. А ведь это - только момент подсадки матрицы. Она еще практически не работает: Петр вел мальчика. Но вряд ли он смог бы его вести, если бы не она, не ее присутствие в мозгу Иешуа. Напрасно боялся Кевин, что внедрение не заладилось. Еще как заладилось! Да, матрице еще вживаться и вживаться - в мозг, в сознание, в душу. Особенно - в душу, если быть максималистом. Плюс - немножко мистиком. Через девятнадцать лет сегодняшний маленький мудрец станет взрослым и мудрым чудотворцем. Сейчас Петр уверен был в том. Матрица если и не действует пока в прямом смысле этого слова, то существует наверняка, Техники хлеб зря не едят. Все прошло нормально. Точно по инструкции.
Однако какой цинизм: называть Библию - инструкцией...
И еще. Вероятно, те, кто две без малого тысячи лет вгрызался и вгрызается в самое по-крестьянски обстоятельное - да простится Петру это определение! - из писаний апостолов - Евангелие от Луки, вероятно, они прочитывали между строк рассказа о двенадцатилетнем отроке куда больше, нежели произошло только что. Как там? "И все дивились ответам его..." Скорее, возмущались. Смеялись.
Настроение было отличным. Идя по Иерусалиму в сторону дома, Мастер насвистывал услышанную здесь же мелодию, удивительно похожую на одну песню из его времени.
А вопрос уже возникал сам собой: какое время - его?..
М. Интересно, что было бы, если б мы не послали Шестого в первый век...
Э. Вам работать, Петр. Но запомните, загните где-нибудь в памяти уголок: вы делаете то, что в любом случае кто-нибудь да сделал бы. Или, скорее, все само собой сложилось бы - рано или поздно...
М. Что вы имеете в виду?
Э. Я имею в виду Христа. Мессию. А уж как его звали бы - Иисус, Иоанн или Павел, -для Истории решающего значения не имеет.
М. Клэр, вы что? Как не имеет? История знает именно Иисуса, Иешуа из Назарета, Назаретянина...
Э. Наша история - да. Но агент Шестой увидел пожилого плотника в Назарете...
М. И ничего не услышал о том, что в пределах Галилеи или Иудеи объявился Мессия под другим именем.
Э. В тот год не объявился. А годом позже или десятилетием позже объявился. Иначе быть не могло. Надо учитывать революционную ситуацию.
М. Какой революции?
Э. Христианской. Самой великой революции в истории человечества.
М. Эка вы! В чем же ее величие?
Э. Петр, вы специально прикидываетесь дауном, да? Для чего? Для того, чтобы я для вас сформулировала идею? Вы все прекрасно понимаете сами! Вы просто используете меня, причем - даром. И вопросики эти ваши провокационные, с которых вы беседы начинаете. Вы думаете, я ученая дура и купилась?
М. Поймали, Клэр. Прикидываюсь дауном. Но именно потому, что никоим образом не считаю вас дурой, использую напропалую. Каюсь, посыпаю главу пеплом. Хотите - прогоните. И никогда со мной не разговаривайте. Но мне действительно позарез нужно проверить свои куцые соображения - вашими. Вы заметили: как только я возвращаюсь из броска-сразу к вам...
Э. Что ж мне, плакать от счастья?
М. Лучше говорите со мной. У вас есть мнения, а у меня - сомнения, простите за дурную рифму. Моих знаний хватает только на них. А ваши чаще всего превращают их тоже во мнения...
Э. Чаще всего?
М. Сомнения- вещь упрямая. А я ведь почти все время-там...
Э. И как там?..
М. Трудно, Клэр. Люди - живые. Им больно. Поэтому я и мучаю вас, и буду мучить. И прошу вас: все-таки считайте меня хитрым дауном, так и мне и вам будет легче. Мне - задавать глупые вопросы, вам - отвечать на них. Ладно?
Э. А вы и впрямь Мастер, Петр... Если не секрет, сколько вам отроду?
М. Какой тут секрет! Сорок два.
Э. И сколько чужих жизней вы прожили?
М. Не так и много. Всего - одиннадцать. Просто двенадцатая какой -то другой оказалась...
Э. Берегитесь ее, Петр. Мне - шестьдесят шесть. Из них сорок три я живу в вашей двенадцатой жизни. Не так, как вы, конечно, но не легче от того. Это время - заразно. Оно затягивает намертво, а иногда даже убивает...
М. Я живучий, Клэр. Это время действительно мертво затягивает, тут вы правы, но я же - Мастер. Сумею сладить...
