Вообще-то они очень, невероятно похожи в манерах, повадках и жестах. Взять хотя бы эту дурную привычку делать паузы перед ответом, которая меня так раздражает. Или походку. Правда, Минами идёт широким шагом, как будто сваи в бетон вколачивает, но если убрать из походки Соби кошачью мягкость и даже некоторую грацию, то один в один получится. Ну или манера одеваться, например. Даже если рубашка подобрана к пиджаку и обувь ничем не выделяется, всегда — что у одного, что у другого — найдётся какая-нибудь мелкая нелепая деталь туалета вроде шейного платка или безвкусного жилета. Я уже не говорю о совершенно идентичном жесте, которым они поправляют очки… Но это всё из области «с кем поведёшься». Если Агацума действительно прожил с ним семь лет под одной крышей, удивляться нечему. Странно другое.
Не понимаю, в чём причина, но, похоже, их отношения далеки от хороших или хотя бы нормальных отношений опекуна с воспитанником, да даже и учителя с учеником. Уж не знаю, что за кошка между ними пробежала, но не могу не чувствовать непонятное напряжение, которое мгновенно появляется, стоит им оказаться рядом. И напряжение это исходит в первую очередь от Соби. Томо мне ведь рассказывал, что Минами его чем-то обидел, и обида эта, похоже, давняя и очень сильная. Но разве ты не стремишься как можно дальше дистанцироваться от человека, который тебе неприятен? Вместо того чтобы продолжать ему подражать. А может, Соби просто привык вести себя так и уже сам не замечает разительного сходства со своим сенсеем? Короче говоря, что Минами, что Агацума — сплошная тайна, покрытая толстым слоем пыли.
— Добрый вечер!
Засмотревшись на Соби и задумавшись, не сразу замечаю, что теперь на полигоне мы не одни. От ворот к нам уверенно вышагивают Faceless и, что характерно, впереди идёт Хацуко, а Кейдзи тащится позади с таким видом, будто не совсем понимает, что он здесь забыл. Кстати, вызывает и назначает время боя, как правило, тоже Хацуко, что в нашей среде, мягко говоря, не принято. Странная парочка. Всё у них наоборот.
— Я уж думал, вы забыли о поединке, — усмехаюсь я, делая несколько шагов навстречу.
— Зря надеялся, с памятью у нас проблем нет, — Хацуко останавливается и подпирает бок кулаком. — Вы готовы к битве?
— Соби, начинаем, — говорю я, не сводя с Faceless глаз.
Агацума выбрасывает окурок, обходит меня и вскидывает руку.
— Вызываем на битву…
— Минуточку, минуточку! Вы никого не забыли? — раздаётся знакомый насмешливый голос за спинами наших противников.
Те оборачиваются, а я крепко стискиваю зубы. Фиро и Дайчи… Ну надо же! За каким чёртом, интересно, их сюда принесло?
— Ты опаздываешь, — к моему великому изумлению, говорит Хацуко. — Мы бы тебя ждать не стали.
— Что здесь происходит? — перевожу вопросительный взгляд с него на неё и обратно.
— Ничего, ничего, — Фиро пожимает плечами, лучезарно улыбаясь, — не обращайте на нас внимания. Пока. Мы просто встанем в сторонку и дождёмся своей очереди. Правда, Дайчи?
— Нам торопиться некуда, ночь длинная, — подхватывает его Боец, копируя и ухмылку, и интонации Фиро.
— Можете приступать. Мы тут вчера ночью, правда, немного покопались в системе безопасности площадки. Кажется, сломали предохранители. Но ведь это не страшно, верно? Не смотри на меня так, Beloved. Ты же мнишь себя самым сильным — для тебя не должно быть разницы: биться со страховкой или без.
Вот теперь я начинаю понимать, куда вляпался. Ruthless действительно просто постоят в стороне, дожидаясь, пока Faceless нас хорошенько вымотают — а им это удастся, даже если мы победим. А едва всё закончится, бросят нам вызов прямо на месте. Как же! Ведь Beloved никогда не отказывается от поединка! Может, нам повезёт победить второй раз подряд, но потреплют они нас очень хорошо. И это в лучшем случае. В худшем… с отключённой системой безопасности нас могут продержать в Системе не до пятых оков, а до потери пульса. В буквальном смысле. Ruthless готовят не битву, а смертоубийство. И роль жертвенного агнца должен сыграть я.
— Что ты задумал, Фиро?!
Вот так новости! Судя по вытянувшемуся лицу, для Кейдзи появление Ruthless тоже сюрприз. Чёрт, Хироши, сукин ты сын! Кажется, ты был прав. И в ближайшие минуты я узнаю насколько.
— Ну, Кей-кун, не кипятись, — Фиро подходит к Кейдзи и дружески хлопает по плечу. — К вам с Хацу это никакого отношения не имеет. Деритесь с Возлюбленным, а мы встанем в очередь. И раз уж мы здесь, проследим, чтобы с вами ничего не случилось. Будем вашими сегодняшними предохранителями, правда, Дайчи?
— Ещё бы, Фиро! Своих покалечить не дадим.
— Отлично, — усмехнувшись, Хацуко снова поворачивается к нам. — Объявляем битву…
— Постой! — выкрикиваю, не сдержавшись, и она осекается на полуслове.
— Что, Аояги, струсил? — Фиро нагло лыбится мне в лицо.
— Если я останусь жив, это будет концом для тебя и твоего Бойца.
— Ну разумеется, — он небрежно передёргивает плечами. — Поэтому я уж постараюсь сделать так, чтобы с этого полигона вышли только мы четверо.
— Это же чушь! Как ты объяснишь всё учителям? Они обо всём узнают!
