Остановившись на проходе, он озирался. Одет незваный гость был, мягко говоря, непрезентабельно. Тетя Полина всегда старалась одеть его получше, не жалея денег на то, чтобы ее Вова выглядел хорошо. По крайней мере, он всегда был в чистом и выглаженном. Но сейчас все это куда-то исчезло, и перед нами стоял замызганный работяга в комбинезоне автомеханика, обвисшей майке и грязной обуви. С неопрятной щетиной, обрюзглым лицом и стойким, сносящим за три метра все живое, запахом перегара. Под глазом отсвечивал свежий фингал, нижнюю губу украшала заскорузлая корка застывшей крови.
— На работе мама… — ответил Сашка, грудью встав на пути Вовы.
— Это хорошо, — двусмысленно пробормотал бывший теткин сожитель. — Вы, пацаны, занимайтесь своими делами… А я пока приберу свое.
— Ключи верни и вали, — сказал я. — Нет у тебя тут ничего своего.
— Не ты мне эти ключи давал, щегол, не тебе и спрашивать, — ощерился Вова. — Закройтесь у себя, чтобы я вас не видел.
— Я сейчас соседей позову! — вдруг крикнул братишка. — Ты маму обидел! Вор! Украл мамину машину! Мотькин компьютер верни! И где моя приставка?
— Да верну, верну я ваше барахло, — огрызнулся Вова, отталкивая его с пути.
Сашка беспомощно взмахнул рукой, пытаясь сохранить равновесие, и, споткнувшись, упал. Кровь ударила мне в голову, и я кинулся на Вову с кулаками. Не думал я в тот момент ни о Скале, ни о запасах ф-энергии, а просто хотел врезать по ненавистной физиономии, выбивая из альфонса всю дурь и возвращая долг за подкошенное здоровье тети Полины и Сашку.
Вова почувствовал мой настрой и отшатнулся, прикрываясь руками. Это меня не остановило, но беспокойство за брата пересилило. Стиснув зубы, я остановился, а потом бросился к нему.
— Как ты, Сань? Сань!
Я затряс его, но Сашка не отвечал. При падении он грохнулся затылком об пол, из уголка его рта вытекала струйка крови. Не зная, что делать, я прижал его к себе.
Сердце билось. Вова, воспользовавшись тем, что проход освободился, скользнул в спальню тети Полины. Оттуда донесся скрип дверцы шкафа.
Сашка открыл глаза и закашлялся. Я осторожно поднял его, и он начал сплевывать скопившуюся во рту кровь.
— Моть, я ка…э…тся я…ык п…и…у…ил… — вяло сказал он.
— Язык прикусил? Болит?
Сашка кивнул.
— Сможешь подняться?
Неуверенно прислушавшись к себе, он с моей помощью выпрямился. Я повел его в ванную и по дороге много говорил, чтобы он слушал меня и снова не отключился. Заставил прополоскать рот холодной водой, а потом еще и продезинфицировать зубным эликсиром. Раньше мне самому эти процедуры были хорошо знакомы. Я часто прикусывал себе что-то.
В общем, пока мы этим занимались, Вова, видимо, нашел, что искал. Я к этому моменту уложил Саню на кровать, а сам, услышав шум, поспешил проверить, что творит теткин бывший.
Мельком глянув в комнату тети Полины, увидел, что там все вверх дном, и даже матрац снят с кровати и валяется на полу. Все было раскидано и перевернуто. Вова, насвистывая, подходил к входной двери с небольшой пачкой денег, перетянутой резинкой.
— А ну, стоять! — выкрикнул я, бросаясь к нему.
В его памяти еще были свежи воспоминания обо мне прежнем — неуклюжем и слабом. Ухмыльнувшись, он аккуратно сунул деньги в карман и пошел навстречу.
Прихожая у нас небольшая, и встретились мы быстро. Скала приняла на себя удар грязным носком ботинка. Жаль, что Вова был в обуви, но все равно он взвыл от боли. И начал размахивать кулаками.
Пара ударов пришлась мне в плечо и в макушку. Зато больше их не последовало. Мой ответный сильный тычок Вове под ребра заставил его согнуться, из него выбило весь воздух, он захрипел. Я схватил его за голову и добавил коленом в лоб. Вова сипло вздохнул и свалился на пол.
— Вали отсюда, — процедил я сквозь зубы, выдергивая деньги из его кармана. — До чего ты докатился вообще?
— Матвей, сука… Ты на стероидах, что ли? — поднимая залитое кровью лицо, сдавленно спросил Вова. — Это мои бабки!
— Ты всерьез думаешь, что я тебе поверю? Сколько здесь?
Я провел по пачке пальцем, прикидывая, что в ней тысяч пять-семь, и спрятал ее в карман.
Вова сел, облокотившись о стену. Стерев кровь, шумно втянул воздух и… улыбнулся. Похоже, сейчас будет вдохновенно врать, используя оружие последнего шанса.
Я не ошибся.
— Послушай, пацан, мы с тобой не чужие люди… — проникновенно начал говорить Вова, глядя на меня снизу вверх. Запнувшись, он кинул взгляд в сторону нашей комнаты. — Как там Санек? Не сильно ударился? Ты пойми, я ж не хотел…
Он испуганно ахнул, закрылся руками, когда я занес кулак для удара. Моя рука медленно опустилась. Что делать дальше, я не знал. Гнать его? Бить снова не хотелось, злоба схлынула, да и была в его словах правда — он нам не чужой. Долго здесь прожил, и, пока я был в больнице, наверное, тетя Полина чувствовала в нем какую-то поддержку… Или ее иллюзию.
— Просто уйди, — еле сдерживаясь, выдохнул я. — И не возвращайся!
