В 2010 году Клементин Делисс выигрывает конкурс на должность директора Музея этнографии народов мира во Франкфурте. В течение пяти лет при содействии художников, дизайнеров, писателей, антропологов и юристов она пытается инициировать сдвиги внутри институциональной структуры музеев, переосмыслить то, как работает институция, каковы приоритеты ее деятельности – как внутренние, так и в отношении посетителей. В этом эссе Делисс рассказывает о своем уникальном опыте работы по трансформации модернистского понимания музея и его деятельности.«Этнографические музеи, которые иногда называют музеями культуры народов мира, являют собой наиболее яркий пример учреждений, в которых по сей день сохраняется колониальное присутствие. Моя работа посвящена кризису именно в этом музейном сегменте, однако я рассчитываю затронуть и другие типы институций, обладающих коллекциями, которые осознают в XXI веке необходимость пересмотреть свой формат. Если музеи намерены двигаться вперед, бороться с рутиной, стереотипами и консерватизмом, какую модель критической и рефлексивной методологии следует применить в отношении существующих, забытых, запятнанных или невостребованных коллекций?»
В музейных залах над вечностью суд вершится.
Несколько лет тому назад близкие друзья убедили меня поучаствовать в конкурсе на должность директора одного из этнографических музеев Германии. Поначалу я сомневалась. За плечами у меня было двадцать лет работы куратором и издателем, переездов из города в город, участия в разных художественных проектах – мне было важно сохранить самостоятельность. С другой стороны, ощущалась потребность осесть на одном месте и использовать свой опыт для создания пространства, которое я могла бы организовать согласно собственным представлениям. Конкурс я выиграла, переехала во Франкфурт-на-Майне и прожила там пять лет. В этой книге речь пойдет о моих попытках выстроить по-новому деятельность европейского музея достаточно спорного жанра и создать постэтнографическую институцию.
Этнографические музеи, которые иногда называют музеями культуры народов мира, являют собой наиболее яркий пример учреждений, в которых по сей день сохраняется «колониальное присутствие»[1]. Моя работа посвящена кризису именно в этом музейном сегменте, однако я рассчитываю затронуть и другие типы институций, обладающих коллекциями, которые осознают в XXI веке необходимость пересмотреть свой формат. Если музеи намерены двигаться вперед, бороться с рутиной, стереотипами и консерватизмом, какую модель критической и рефлексивной методологии следует применить в отношении существующих, забытых, запятнанных или невостребованных коллекций?
Субъективная, открытая к диалогу деятельность, которой я занималась – при содействии художников, дизайнеров, писателей, антропологов и юристов, – во франкфуртском Музее мировых культур (Weltkulturen Museum)[2] в 2010–2015 годах помогла мне консолидировать подходы, которые я до того использовала в своей междисциплинарной кураторской практике. Во время работы во Франкфурте я пыталась инициировать сдвиги внутри институциональной структуры Музея мировых культур, переосмыслить то, как мы работаем, каковы приоритеты нашей деятельности – как внутренние, так и в отношении посетителей. Музей располагался в трех виллах XIX века, и предметом наших «исследований на местах» стали десятки тысяч артефактов и богатейший фотоархив.
Большую часть этой книги я написала, будучи стипендиатом Берлинского института научных исследований (Wissenschaftskolleg zu Berlin). Меня, по сути, переместили самолетом из Франкфурта, предоставили комнату, оградили от любопытных журналистов и предложили описать мой опыт так, будто речь шла о некой музейной полевой работе. Вооружившись записными книжками, я смогла восстановить логику каждого из тех решений, которые принимала в своей повседневной деятельности до самого того дня в апреле 2015 года, когда муниципалитет Франкфурта совершенно безосновательно снял меня с должности.
Я хочу выразить благодарность многочисленным друзьям, коллегам и союзникам, которые поддерживали меня как во время работы в музее, так и после. Прежде всего, я хочу от всей души поблагодарить Михаэля Оппица за его веру в мой подход и за то, что он был рядом, когда моя карьера летела в тартарары; Пола Рабинова за дружбу, продолжаюшуюся с середины 1980-х годов, когда мы оба жили в Париже, за то, что он направлял меня издалека, а также за его вдумчивую и вдохновляющую работу над понятием ремедиации. Говоря о художественной практике, я хочу поблагодарить всех тех художников и писателей, которые доверились мне как куратору, при том, что я изо всех сил стремилась увести их от привычных банально-ортодоксальных подходов, создавая им непредвиденные ситуации и склоняя к концептуальной работе над этими деликатными, живыми коллекциями. Я хотела бы особенно отметить наше плодотворное сотрудничество с Буки Акиб, Мари Ангелетти, Фарзаной Бадшой, Рут Близ Люксембург, Пегги Бут, Бенедикт Бьерре, Дэвидом Вебер-Кребсом, Хезер Гэлбрейт, Габриэлем Гбадамоси, Матиасом Гёрлихом, Брайсом Гэллоуэем, Хэмишем Клейтоном, Прамодом Кумаром, Минервой Куэвас, Дэвидом Лау, Арменом Линке, Антье Маевски, Тиной Макерети, Томом Маккарти, Шейном Манро, Маркусом Мьессеном, Габи Нгкобо, Отобонг Нканга, Питером Осборном, Фрэнсисом Песамино, Саймоном Поппером, Сираджем Расcулом, Оливье Ришоном, Эль-Хаджи Си, Сьяфьятудиной, Люком Уиллисом Томпсоном, Патрисией Фальгьер, Марком Камилем Хаймовичем, Вернером Херцогом, Суной Чой, Матисом Эстерхази, а также с брендами A Kind of Guise, CassettePlaya и PAM (Perks and Mini), художественным дуэтом Clegg & Guttmann и многими молодыми художниками – студентами Высшей школы изобразительного искусства «Штедельшуле», которые выставлялись у нас в Зеленом зале.
