Совсем скоро они все узнают. Через неделю после окончания записи группа провела репетицию в Лондоне перед первым выступлением в Великобритании, где они должны были стать хедлайнерами первого из двух концертов в Marquee club на Уордор-стрит с разницей в две недели. Представив концерт как извинение перед теми фанатами, которые купили билеты на отмененный Rods tour, Music for Nations убедилась в том, чтобы помещение было набито представителями медиа и музыкальной индустрии. Ожидания были высоки, группа нервничала. Дело могло обернуться и триумфом, и катастрофой. К счастью, вспоминает Мартин Хукер: «Они выступили фантастически». Ко второму шоу 8 апреля «вокруг них уже началась какая-то суета». Малкольм Доум вспоминает: «Они были очень-очень хороши. Ты все еще не был уверен, что эта группа станет великой, и вот тебе на! Было ясно, что они и правда смогут играть это вживую. Состав выглядел хорошо и так же ощущался и звучал». Нареченные в следующем обзоре Kerrang! «Ramones хеви-метала», они демонстрировали свой неряшливый внешний вид и ускоренный звук, который ощутимо отличался от преобладающего тренда «волосатого» метала середины восьмидесятых, типичными представителями которого были группы из Лос-Анджелеса, регулярно появляющиеся на обложке Kerrang! например, Ratt и Motley Crue. С точки зрения продаж они действовали в обратном направлении тому, что происходило на рынке, вспоминает Хавьер Расселл: «Было очень много шумихи, но, к счастью, они были хороши. Многих людей впечатлило то, что им, возможно, не понравилось на альбоме Kill ‘Em All. Впервые люди увидели в этом что-то особенное».
Для Ларса одним из знаковых моментов была встреча с одним из героев Новой волны – бывшим вокалистом Джессом Коксом из Tygers of Pan Tang, который выступил на разогреве их первого концерта в Marquee. Кокс вспоминает: «Я был в туре с Heavy Pettin’, которые отказались [от Marquee] в последний момент, и я должен был возглавить его, и тогда [мои агенты] из ITB сказали: «Вообще там еще будет выступать новая группа, и ты должен быть у них на разогреве». Я такой: «Что за группа?» А они: «Называется Metallica». Я сказал: «Никогда не слышал про такую». Они ответили: «Ну ты еще услышишь, не переживай по этому поводу». Он был удивлен, что барабанщик так суетился по поводу встречи с ним. «Помню, как подписывал палочки Ларса» – в блаженном неведении относительно того, что Metallica однажды задумывалась о том, чтобы нанять его в качестве солиста: «Ребята никогда мне этого не говорили лично. Я узнал позже».
Music for Nations арендовала квартиру в Cadogan Gardens, в районе Кенсингтон, чтобы группа там остановилась; это был очередной приют, вслед за домом Марши и Джонни в Олд Бридж и гаражом Марка Уитейкера в Эль Серрито. Джем Ховард из MFN, ставший тур-менеджером Metallica по Великобритании и Европе в том году, вспоминает: «Это была просто чертова дыра. Снимать квартиру было намного дешевле отеля, и они могли приглашать туда гостей и чувствовать себя свободнее. Но у них не было привычки убираться. Помню, когда я зашел в квартиру, там лежал перевернутый стол с едой; кто-то оставил полфунта масла на полу и наступил на него. Было много пустых бутылок и сигаретных окурков, и еще Бог знает чего…».
Хавьер Расселл стал их постоянным приятелем-собутыльником в период пребывания группы в Лондоне. Одним вечером Ларс и Джеймс пришли в его квартиру на Notting Hill Gate и «играли Blue Oyster Cult до трех утра». Хавьер вспоминает, как раздал ракетки для сквоша и они втроем изображали на них гитары из Boogie No More группы Molly Hatchet. «Соседи стучали в потолок. Потом они поставили Thin Lizzy – на ракетках для сквоша можно было сыграть все. Помню, как мы ели [крылышки из KFC] и потом плевали в ведро!» В другой раз он пошел на их репетицию в Shepherd’s Bush: «После мы решили выпить, и помню, как Джеймс сходил с ума на крыше этого кинотеатра в Tottenham Court Road. Это было великолепно!» – смеется он. Джеймс впоследствии тоже вспоминал этот случай: «Меня арестовали за порчу собственности… Я сбрасывал на людей лампы. Когда мы напивались, это была одна из типичных выходок».
