Metallica. Экстремальная биография группы полностью

Он говорил о той ночи в туре Monsters of Rock 1988 года, растянувшись в своем гостиничном номере, слушая эти ужасные ранние миксы из напыщенного альбома Justice. С тех пор мы говорили много раз, встречались в разных местах – Токио, Лос-Анджелесе, Лондоне, – общались по телефону, ужинали с друзьями – и я на мгновение оскорбился, что все, о чем он вспомнил тогда, – это один далекий вечер, полный наркотиков и забвения.

Затем я подумал о том, где он был все это время: двухлетние туры, особняки за $15 миллионов, две бывшие жены и любовницы, которых я никогда не знал, частная коллекция искусства, настолько ценная и громадная, что он был вынужден хранить ее в вентилируемой сокровищнице где-то в калифорнийской пустыне, перед тем как продал, или, как он выражается, «передал», – одна из тех дежурных фраз, которую богатые используют для описания чего-то, что остальные люди только пытаются понять и принять. Коктейли с Кортни Лав, теннисные матчи с Джоном Макинроем, судебные дела, тренер личностного роста и миллионные сделки на атрибутику, и бесконечно звонящий телефон.

Такое дерьмо всегда случается, где бы ты ни был и кем бы ты ни был, но в особенности, если ты – Ларс Ульрих, мозговитый изобретатель самой тяжелой метал-группы из всех.

– Ну да, – сказал я, – кто бы мог подумать…

Настоящая реабилитация Metallica началась в турне. Madly in Anger with the World tour официально начался 30 апреля 2003 года с первого публичного выступления с Робом Трухильо в составе группы во время съемок для сингла с St. Anger в тюрьме San Quentin. Будучи выдающейся работой – не в последнюю очередь благодаря трогательной речи, с которой Джеймс выступил перед угрожающего вида тюремными обитателями перед началом съемок (которую вырезали из финального монтажа, но вставили в Some Kind of Monster), – она все же выглядела ужасно надуманной, частью пиар-кампании с целью доказательства того, что они преодолели фазу отталкивающего макияжа и мужских поцелуев и вернулись к своим тяжелым корням. За исключением того, что парни из Metallica никогда не были по-настоящему хеви: Ульрих был ребенком из семьи среднего класса, который увидел свой шанс и воспользовался им, всецело и беззастенчиво; Хэтфилд, будучи живым воплощением Волшебника Оз, с маленьким, быстро бьющимся сердцем за большим и пугающим щитом, отчаянно тянущего за рычаги и молящегося, чтобы никто никогда не смог его рассмотреть по-настоящему; Хэмметт, бесхарактерный человек, который сумел не поднимать головы и не потерять ее окончательно, даже если это означало быть хорошенько поджаренным. Единственным, кто источал какую-либо реальную угрозу, был Трухильо, и даже он едва ли родился в трущобах; он просто выглядел так. Как выразился Александр Милас: «Мне жаль, но ты понимаешь, у твоей группы нет такого авторитета, чтобы записывать подобное видео [в тюрьме]. Как можно верить метал-группе, которая пользуется увлажняющими средствами? Такого просто не может быть».