Метаморфозы полностью

Это в заслугу ему. При подобной добыче не крови

Происхожденье, но честь и доблесть должны уважаться;

Если же близость родства, — то найдется ближайший наследник:

¹⁵⁵ Если родитель Пелей, есть Пирр, его сын. Остается ль

Место Аянту? Доспех пусть в Скир отправят иль Фтию!

Также родился и Тевкр двоюродным братом Ахиллу, —

Разве же требует он, завладеть уповает оружьем?

Значит, поскольку дела мы в пренье решаем открытом,

¹⁶⁰ Более мной свершено, чем в краткую может вместиться

Речь, но меня поведет, однако ж, порядок событий.

Мать Нереида, прознав о грядущей погибели сына,

В женском наряде его утаила,525 и все обманулись —

Был в том числе и Аянт! — уловкой с заемной одеждой.

¹⁶⁵ С женским товаром ведь я́ оружие смешивал, чтобы

Мужеский дух возбудить. Но герой не бросал одеянья

Девы, доколе ему, стоявшему с торчем и древком,

Я не сказал: «О богини дитя! Для тебя бережется

Пергама гибель. Чего ж ты колеблешься Трою повергнуть?»

¹⁷⁰ Длань я его возбудил и храброго к храбрым направил.

Значит, деянья его — и мои. Копьем покорил я

Телефа, ведшего бой; он молил, побежден, — и помог я.

Дело мое — и падение Фив; поверьте, — я Лесбос,

И Тенедос, и Хрисею, и Килл, — Аполлоновы грады, —

¹⁷⁵ Также и Скир полонил; потрясенные этой десницей,

Прахом на землю легли крепостные твердыни Лирнесса.

Об остальном промолчу, — но могущего справиться с лютым

Гектором грекам я дал. Чрез меня пал доблестный Гектор.

Ныне оружием тем, которым я создал Ахилла,

¹⁸⁰ Дара прошу: живому вручил и наследовать вправе.

Только позор одного остальных всех тронул данайцев,

Тысяча наших судов стояла в Авлиде Эвбейской.

Долго там ждем мы ветров, но не дуют они или флоту

Противоборны; велят Агамемнону жесткие судьбы

¹⁸⁵ Деву невинную — дочь — заколоть для гневной Дианы.

Но не согласен отец; на самых богов он разгневан;

Все же родитель в царе говорит; я мягко словами

Дух непокорный отца обернул на всеобщую пользу.

Да, я теперь признаюсь, — Атрид извинит мне признанье, —

¹⁹⁰ Перед пристрастным судьей защищал я нелегкое дело.

Все ж побуждает его о народе забота и брате,

Скиптра врученного власть, чтоб кровью платил он за славу!

Послан и к матери я, — предстояло ее не советом

Взять, но хитро обольстить. Когда бы пошел Теламонид,

¹⁹⁵ Наших судов паруса до сих пор не имели бы ветра!

Послан и в крепость я был, в Илион, — дерзновенный оратор.

Видел я сам, посетил совещание Трои высокой;

Было мужами оно переполнено; я же без страха

Вел поручённое мне всей Грецией общее дело.

²⁰⁰ Мною Парис обвинен; добиваюсь казны и Елены.

Тронут Приам и — Приама родня — Анте́нор, — Парис же

С братьями всеми и те, кто участником был похищенья,

Руки сдержали едва нечестивые; ты это знаешь,

О Менелай, — ведь первым с тобой разделил я опасность.

²⁰⁵ Долго докладывал вам, что́, советами или рукою,

Сделал полезного я за время войны долголетней.

После начальных боев враги за стенами твердыни

Долго сражались еще; возможности брани открытой

Не было и, наконец, уже год мы сражались десятый.

²¹⁰ Что же ты делал меж тем, ты, знающий только сраженья?

Чем ты полезен бывал? О моих коль действиях спросишь, —

Строю засады врагам; укрепляю окопы валами;

Я утешаю своих, чтобы с кроткой душою сносили

Скуку столь долгой войны; учу, как едой обеспечить,

²¹⁵ Вооруженьем людей, — я всюду, где требует польза.

Вот, Юпитеру вняв, введенный в обман сновиденьем,

Царь приказал отложить попеченье о начатой брани;

Дело свое защищал, на внушителя дела ссылаясь.

Но не допустит Аянт, разрушенья потребует Трои.

²²⁰ В бой он — воитель — пойдет. Что ж он уходящих не сдержит?

Что ж он оружья не взял? Не повел колебавшейся рати?

Это не вдосталь тому, кто всегда говорит о великом?

Как? Убегаешь и сам? Я видел, стыдился я видеть,

Как ты показывал тыл, паруса недоступные ставил!

²²⁵ Я не помедлил сказать: «Что с вами? Какое безумье

Вас, о товарищи, мчит из-под Трои уйти осажденной?

И на десятый-то год вы домой лишь позор принесете?

Этак и так говоря, красноречьем богат от страданья,

Я отступивших сумел возвратить от бегущего флота, —

²³⁰ И созывает Атрид товарищей,526 ужаса полных,

Сын Теламона тогда и рот раскрыть не решился,

В страхе молчал он; посмел на царей нападать дерзновенной

Речью Ферсит, но его безнаказанным я не оставил.

Я поднялся и дрожащих людей на врага возбуждаю,

²³⁵ Требую в речи своей возвращения к доблести прежней.

Если ж и после Аянт проявлял свою храбрость, заслуга

В этом моя, ибо я возвратил показавшего спину,

Кто, наконец, из данайцев тебя уважает и ищет?

Ну, а со мною Тидид сочетает деянья; меня он

²⁴⁰ Чтит; он уверен, когда в сотоварищи примет Улисса.

Что-нибудь значит и то, что я меж тысяч данайцев

Избран единый был им. Повеленья судьба не давала,

Я же, однако, презрел от врага и от ночи опасность;

То же осмелясь свершить, Долон, из народа фригийцев,

²⁴⁵ Мной был убит, — но не раньше, чем я его выдать заставил

Все что готовила нам вероломно коварная Троя.

Все я узнал, ничего мне выведывать не оставалось,

И возвратиться назад с обещанной смог я добычей.

Но не доволен еще, проник до палаток я Реза. —

²⁵⁰ В них и его самого, и товарищей всех уничтожил.