Дедушка Николас. Он единственный маг, который выжил после гибели собственной пары и сейчас проживает в Земном мире, как смотритель. Время от времени на его магическом кристалле отображается тот или иной случайно попавший маг или эльф, которого он возвращал в свой мир. У Николаса есть единственный сын, у которого две дочери. Если у старшей дочери Агнии в семье все было стабильно хорошо, то у Габриэллы все было не просто. Она часто перемещалась к любимому дедушке, и не одна, а со своими детьми, которых было трое: близнецы Тэрри, Сами и дочь Жасмин, которые обладали даром Метаморфа. А еще у близнецов были подружки Мелена и Селена. Однажды Габи оставила всех детей на летние каникулы с дедушкой, а сама вернулась в Манистеры. Кто бы знал, во что превратятся такие летние каникулы…
Мирант тренировался с Ивайло, когда на его браслет пришло сообщение. Он тут же выбил меч противника, забрал его у своего капитана и выдохнул.
Сообщение от Габи в то время, когда она на работе, это сигнал. Скорее всего, это означало только одно: дети снова во что-то вляпались. После того как Катриэль женился и перебрался в другую империю, стало сложнее управляться с сыновьями, но отец многочисленного семейства привык к такой весьма нескучной жизни. Он еще не успел ничего прочесть, как заметил дочь, которая бежала к нему навстречу.
Сама она в тренировочной школьной одежде, волосы собраны в хвост, а в глазах читался ужас.
Жасмин унаследовала мамин характер, хотя в раннем детстве это было незаметно. Внешне же она походила на отца Миранта. Белоснежные волосы были ее достоинством, они достигали талии. Огромные глаза цвета сапфира и светлая кожа, лишенная способности к загару. Она любила тренировки с мечом, луком и эльфийскими клинками, а еще у нее проявились способности к целительству. По этой причине она дружила с принцами Ветистаном и Зарианом.
Схожая магия, общие увлечения. Ее дружба переросла в детскую любовь, которой было не суждено продлиться долго, и перейти во что-то серьезное. Истинной парой девочки мог стать только маг – метаморф, как и она сама, ее отец, мать или братья, но поблизости подобных эльфов не оказалось, и Жасмин изо всех сил пыталась подавить в себе любовь к принцу Высших эльфов Ветистану, от чего страдала.
– Папа, если что, Сильвер не виноват. Да, именно так, не виноват. Если что.
Мирант тут же окинул дочь магическим взглядом и заметил глубокий порез на плече.
– Подозреваю, что вы зато точно все причём. Идем в школу. Хотя постой, сначала рука, – отец исцелил порез магией метаморфа и взял девочку за руку. Он тут же раскрыл портал и переместился прямиком в школу своих детей.
– Папа, это был шуточный поединок, а Тэррион разозлился и вызвал на дуэль Сильвера, – пыталась Жасмин как-то успокоить своего отца.
– И где наши дуэлянты?
– Папочка, только, пожалуйста, не ругай брата. А Сильвер в порядке, почти.
– Разберемся, Жасмин, – эльф уверенно шел в сторону целительского корпуса и по голосам своих детей сориентировался, куда ему нужно идти.
При появлении отца все стихли, даже Сильвер, который пострадал больше всех. У Тэрри было перевязано плечо, и это все, а Сильвер напоминал мумию. Тэрри отделал его как бог черепаху. Они учились в одном классе, а это означало одно, у Сильвера не было шансов выстоять против сына Миранта.
– Дядя Мирант, Сильвер задел плечо Жасмин случайно. Она проиграла ему в шахматы и должна была сразиться. Вот только она вела себя неосторожно, а Тэрри отомстил все равно, – проговорила Мелена. Селена сжимала руку Самира и старалась молчать.
– Я защищал честь моей сестры, которая не умеет играть в шахматы, – уверенно заявил Тэрри, более активный из близнецов. По этой причине основные проблемы в школе случались из-за него. Он был лидером в своем классе и вместе с тем своевольным и своенравным юным эльфом. В общем, с лихвой оправдывал свое имя, ведь его назвали в честь самого императора.
Так назвала его мама Габриэлла, и когда она вернулась в империю Высших эльфов, никто не стал возражать против такого решения молодой жены Миранта. Тэрри, как и его брат Самир, были похожи на отца, но характеры у них получились разными. Притом тут проявлялись черты и папы, и мамы. Но Самир все-таки был более спокойным, а Тэрри более шустрым, импульсивным, но добрым, и с завышенным чувством справедливости, как у отца.
– Ну конечно. Я так понимаю, скоро здесь будет и Марта? – заключил Мирант.
– Папа, но я прав! Ты меня накажешь за то, что я был настоящим эльфом? – звонко отрапортовал Тэрри. Мирант едва улыбнулся.
Генерал быстро окунулся в родительство, когда Габи нашлась после проклятия Хаймана. И с этого момента его жизнь ни на секунду не становилась спокойнее, но он ни о чем не жалел. Два года без жены показались ему пыткой, и он не хотел больше той спокойной трагичной жизни, когда он сначала оплакивал Габи, считая ее погибшей, а потом усиленно пытался разыскать. Тогда она сама нашлась, как и его дети. Судьба сжалилась над ними, и они совершенно случайно встретились в тронном зале императора Зигмунда.
Наконец Мирант услышал голоса Марты и Габриэллы. Они вместе шагнули в комнату целителя Ливана, который сейчас занимался Сильвером.
– Мирант, и Вы здесь? Это хорошо. Ваши дети хоть и эльфы, но такие неспокойные.
– Полукровные связи, – пожал плечами Мирант, оправдываясь.
– Милый, а на что ты намекаешь? Ты намекаешь на то, что я виновата в том, что дети такие? Ты просто скидываешь свое напряжение на тренировочной площадке, а вообще-то тебя тоже спокойным не назовешь.
«Габриэлла, ну конечно. Само спокойствие. Мой ураган, который способен столько шума наделать на ровном месте, что слуги стараются на глаза не попадаться, пока ты выясняешь отношения со мной».
