— А что с энергией для артефакта? — спросил я. — Если он сядет посреди полёта, мы трупы.
Рик достал из кармана небольшой кристалл, похожий на те, что мы видели в стенах. Он светился слабо, но ровно.
— Заряжаем такими. У нас запас, но не бесконечный. На два часа хватит точно. Дальше — как повезёт.
Кира задумчиво постучала пальцами по столу.
— А если комбинировать? Использовать артефакт, чтобы выйти на открытое место, а потом идти пешком или под землёй?
Рик хмыкнул, явно впечатлённый её идеей.
— Можно. Но учтите: наверху резонанс никуда не девается. Один неверный шаг — и вас размажет.
— Мы привыкли к риску, — сказал я, хотя внутри всё сжалось. Два месяца до конца мира, а мы тут торгуемся за пару часов тишины.
— Тём, — мысленно окликнула Кира. — Если лететь, Небокрылу нужен отдых. Он не потянет долгий полёт.
Я скрипнул зубами. Она права. Гонять его без передышки — верный способ угробить всех.
— Сколько у вас таких кристаллов? — спросил я у Рика.
— Дюжина, — ответил он, не колеблясь. — Но это не только для артефакта. Мы ими освещение держим, механизмы. Если отдадим вам, самим придётся туго.
— А если мы найдём вам замену? — Кира подняла взгляд, и в её глазах загорелся знакомый огонёк. — У нас есть… свои ресурсы.
Рик прищурился, явно пытаясь понять, блефуем мы или нет. Я решил подыграть:
— Она дело говорит. Мы не с пустыми руками. Но нам нужно больше информации. Что за твари в туннелях? И насколько далеко тянется эта ваша сеть ходов?
Рик помедлил, потом кивнул, будто принял решение.
— Ладно. Расскажу, что знаю. Но учтите: если решите лезть вниз, готовьтесь к худшему. У меня такое впечатление, что Система не любит, когда ходят внизу, а не на верху.
Я усмехнулся.
— С этим разеремся.
Параллельное сознание тем временем гоняло варианты: артефакт, полёт, туннели, комбинация. Времени мало, а Система, похоже, уже начала глючить сильнее — интерфейс мигнул, показав на секунду пустую строку вместо таймера. Два месяца, чёрт возьми. Или меньше.
— Ну что, Тём, — мысленно поддела Кира. — Опять вляпаемся по уши?
— А то, — ответил я, чувствуя, как адреналин уже подбирается к венам. — Главное, чтобы было весело.
Мы сидели в этом их «штабе», и воздух, казалось, потрескивал от напряжения. Каменный стол холодил локти, а тусклый свет кристаллов на стенах выхватывал из полумрака лицо Рика — суровое, но с какой-то затаённой надеждой.
Кира рядом чуть ёрзала на стуле, её пальцы едва заметно постукивали по колену — привычка, выдававшая, что она очень погружена в анализ. Я откинулся назад, стараясь выглядеть расслабленным, хотя параллельное сознание гудело, анализируя каждое слово, каждый жест.
— А вы с другими анклавами как-то общаетесь? — спросил я, глядя Рику в глаза. — Поддерживаете связь? И, главное, какова вероятность, что мы не вляпаемся в тупик?
Рик кивнул, будто ждал этого вопроса. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, как у человека, который привык говорить редко, но веско.
— Конечно, связь держим. У нас есть артефакты связи — небольшие такие кристаллы, настроенные друг на друга. Раз в неделю, иногда реже, выходим на контакт. Делимся новостями: кто что видел, какая обстановка. Бывает, находим людей, которых считали мёртвыми. Или тех, кто выпрыгнул из порталов.
Я хмыкнул. Система, похоже, любила подкидывать сюрпризы — то закинет тебя в резонансную мясорубку, то вышвырнет к выжившим, которые годами прячутся под землёй.
— И что, получается, вы как спасательная служба? — Кира чуть наклонилась вперёд, её голос звучал мягко, но с подвохом. — Считаете, сколько человек вытащили?
Рик усмехнулся, но без веселья.
— Можно и так сказать. Мы ведём счёт тем, кто приходит через порталы. Делимся информацией, сколько у кого новичков. Раньше даже пробовали перебрасывать людей между анклавами.
— Пробовали? — переспросил я, уловив прошедшее время.
— Да. Через подземелья, — Рик помрачнел, его пальцы сжались в кулак. — Но сейчас там твари. Слишком много. С каждым месяцем всё хуже. Полгода назад мы закрыли эти ходы. Вылазки стали… неподъёмными.
Я кивнул, прикидывая. Твари в туннелях — это не новость, но «хуже с каждым месяцем» звучало как ещё один гвоздь в крышку нашего плана. Сознание уже рисовало схему: подземные лабиринты, глючные мобы, ловушки Системы. Весело, чёрт возьми.
— А ближайший анклав на каком расстоянии? — спросил я, стараясь держать тон нейтральным.
Рик замялся. Его взгляд на секунду ушёл в сторону, будто он решал, стоит ли выкладывать всё. Но потом ответил:
— Километров тридцать. Может, чуть больше.
Я переглянулся с Кирой. Тридцать километров — не то чтобы марафон, но в этой параллельности, где каждый шорох может разнести тебя в клочья, это как пробежка по минному полю. Хотя… с Небокрылом и артефактом тишины мы вполне можем провернуть такой трюк. Я мысленно прикинул: два часа заряда, скорость полёта, возможные остановки. Потянем.
Кира, похоже, думала о том же. Её голос в мысленной связи был быстрым, но спокойным:
