Четверо в узком и тёмном переулке – благо по здешней жаре, да и неспокойной поре («неспокойной? – да вы оптимисты, панове!») – переглянулись. До берега лагуны было всего-ничего – не больше одного стае, да только попробуй, пробеги это стае. Особенно, если ты уже и не помнишь, когда в последний раз тебе воевать-то пешим доводилось – уланы, уланы, малёваны дети…
Впрочем, Рыгор тут же чуть тряхнул головой, отгоняя отчаяние, и едва не уронил в пыль под ногами квадратную высокую шапку с изрядно замазанным и потрёпанной шкофией на верхушке – уланку. Осторожно высунулся из-за угла – улица была пуста.
– Никого, – процедил он. – Может, всё же решимся?
Никто не ответил.
Миколай Довконт сидел на корточках, блаженно закрыв глаза и прислонясь спиной к стене – сабля поперёк колен, правая ладонь на эфесе, левая – поверх лезвия, и остывший в тени камень наверняка сейчас приятно холодил потную спину сквозь мокрое горячее сукно мундира.
Станислав Невзорович придирчиво разглядывал лезвие родовой карабелы – нет ли где зазубринки. Хотя обо что ей зубриться-то – об негритянское мачете, что ли? Так им ни разу не пришлось сшибаться с чёрными клинок к клинку.
Рядом с ним сидел прямо на мостовой Данила Карбыш и сосредоточенно, едва ли не высунув язык от напряжения, заряжал «эспиньоль» – длинный двуствольный испанский пистолет, зажав его рукоять между колен. В каждый ствол «эспиньоля» надо было впихнуть три заряда, а после ещё аккуратно всыпать порох на полку с подвижной крышкой, которая сама будет подсыпать порох под кремень по мере надобности. Второе такое же чудо инженерной мысли лежало рядом с Данилой прямо на мостовой, дожидаясь своей очереди.
– Подожди, – отозвался, наконец, Станислав, отводя взгляд от сабли. – Сейчас вот Данила оружие дозарядит…
– Дурью, маешься, Станислав, – процедил Довконт, не открывая глаз. – Пороха и так осталось – чуть, а ты ещё с этими испанскими игрушками, которые через раз прямо в руках взрываются. Видал я…
Данила неодобрительно покосился на пана Миколая, но занятия своего не прервал. Подсыпал на полку порох и защёлкнул подвижную полку. Тряхнул роговую пороховницу, украшенную индейской резьбой, одобрительно кивнул, отложил пистолет и взялся за второй.
– Прямо уж через раз, – презрительно дёрнул усом пан Станислав.
– Ну не через раз, – не стал спорить Довконт, по-прежнему не открывая глаз. – Но часто.
