Саша заселился к ней неделю тому назад и в тот же день отец уехал домой. Оставил Саше немного денег и уехал.
«Да, с деньгами нужно что-то сразу решать, - подумал Саша, - нужно искать постоянный и надёжный источник дохода. Пора слазить с родительской шеи».
Проводив отца, он прошёл в свою, с сегодняшнего дня, комнату. Когда-то в ней был устроен кабинет и с тех пор мебель в нем не меняли. Спальным местом служил большой диван.
В комнату постучали. Саша слез с дивана, на котором ещё не успел устроиться и открыл дверь. Берта Арнольдовна требовательно махнула ему рукой, приказывая идти за ней.
На кухне, куда она его привела, стол был накрыт для чая. На плите шумел эмалированный чайник. На столе, кроме чашек стоял на блюдце заварочный чайник и жестяная коробка с индийским чаем. Тут же стояла плоская ваза с сушками.
- Садись, Саша, - пригласила она его, - давай чаю попьём, а потом я тебе расскажу о твоих домашних обязанностях.
Пока чай заваривался Саша успел провести диагностику. Для её возраста она неплохо сохранилась. Тяжёлых хронических болезней не было. Была старость во всем своём неприглядном виде. Лечить надо было всё и сразу.
«Заклинание исцеления третьего уровня, причём на полную катушку, на 15-16 тысяч единиц маны, - подумал Саша, - этого должно хватить, на вид ей будет лет 60, а по состоянию организма не больше 50-ти, главное, чтобы она по врачам не бегала и не светилась. Ладно, попробуем ей сейчас лапши навешать про какой-нибудь чудо-эликсир».
- Берта Арнольдовна, мне не надо объяснять мои домашние обязанности. Я их дома с малых лет выучил. Чистота в доме и продукты, всегда это было моей обязанностью. Кроме того, как подрос, маме на кухне стал помогать, так что я и готовить умею. Стирала мама, но мы с папой всегда ей помогали.
- Вот как, - с интересом посмотрела на него Берта Арнольдовна. Это хорошо, что ты такой хозяйственный. Однако, есть у меня ещё одна проблема. Мне нужно помогать мыться в ванной, одевать меня, раздевать. Я почему согласилась тебя взять? Подумала, что раз ты будущий врач, то для тебя это не составит проблемы, не так ли?
- Вы всё правильно говорите. Но у меня есть для вас одно предложение, которое может решить эту проблему на ближайшую пару десятилетий.
Берта Арнольдовна недоуменно подняла бровь, а Саша продолжал:
- У меня есть эликсир, который буквально творит чудеса, и я готов с вами поделиться. Но при одном очень жёстком условии. Вы никому и никогда о нем не расскажете. То есть, сказать-то об эликсире можно, но вот ни состава этого эликсира вы не знаете, купили его случайно, на рынке, у какого-то дедка в деревенской одежде, в обычном аптечном пузырьке. Пузырёк выкинули. Это всё. В дальнейшем, мы с вами будем его использовать очень ограниченно и только для нужных нам людей. Всё человечество осчастливить не сможем. Что скажете?
Саша говорил очень серьёзно и смотрел Берте Арнольдовне в глаза, которые в свою очередь недоверчиво смотрели на него. После пары минут таких гляделок, она махнула рукой и сказала:
- А что я теряю-то. Я согласна, давай свой эликсир. Да, и Клава Шульженко за тебя ручалась.
И, помолчав ещё чуток, добавила:
- Ты, только помни, Саша, что если я от него помру, то квартира эта отойдёт государству, а тебя выселят. Тебе она в любом случае не достанется.
Заклинание работало сутки, затребовав чуть больше маны, чем планировал Саша. Благо, что это не было для него проблемой. Сейчас Берту Арнольдовну было не узнать. Старухи больше не было. Была женщина старшего возраста, на вид около 60-65 лет. И то, если подчёркнуто надеть одежду, которую носят пенсионерки, да двигаться соответственно. А вот, если одеться чуть ярче, да причёску сменить, да спинку выпрямить, да головку поднять, то легко получаем женщину только что вышедшую на пенсию, то есть, лет 55, не больше.
Сегодня начало нового учебного года, по всей стране проводится линейка. Это когда перед каждым учебным заведением – школой, училищем, техникумом, институтом, академией, университетом выстраиваются в ровные каре учащиеся, слушатели, курсанты, студенты, поднимаются флаги, звучат торжественные речи и лозунги, приносятся клятвы на верность родине, коммунистическим идеалам, партии и правительству.
Саша стоял бок о бок со своими сокурсниками и привычно разделив сознание на два параллельных и независимых друг от друга потока, слушал и контролировал происходящее вокруг него одним потоком сознания, а на другом перебирал в памяти наиболее значимые события последних лет.
