Саша, который сразу же обратил на это различие внимание, подумал: «А ведь, наверное, и у тех, и у других отцы и матери происходили из крестьянского сословия, в лучшем случае – из мещанского».
В конце зала, за обеденными столами было свободное пространство, предназначенное для танцев. У самой стены был невысокий подиум с фортепиано, предназначенный для музыкантов. Именно на этом подиуме играл гармонист, наяривая что-то этакое разухабистое. Перед ним танцевали с десяток пар. Все явно со стороны жениха.
В воздухе ощутимо нарастало напряжение. «Быть драке», - подумал Саша. Он перебрался ближе к танцевальному пятачку, готовый пустить в ход магию. Он уже подготовил парочку ментальных плетений, одна из которых погружала человека в неглубокий сон на пять минут, а другая замедляла его реакцию. Кроме того, приготовил для особо буйных плетение, вызывающее расстройство желудка, требующее немедленного посещения туалета. Оно прекращало своё действие только после того, как клиент успокаивался.
С обеих сторон, в самом конце столов сидела молодёжь, в основном одни парни. На всякий случай Саша развесил на их ауры свои метки.
Для драки не хватало лишь повода. И этот повод появился. Со стороны невесты встал солидный мужчина и громко крикнул, стараясь перекричать гармонь и шум в зале:
- Прошу внимания!
Гармонь продолжала играть. Тогда мужчина обратился напрямую к гармонисту:
- Эй, гармонист! Отдохни немного, я хочу тост сказать.
Однако, гармонь продолжала играть. С конца стола сорвался какой-то парнишка и расталкивая танцующие пары подбежал к гармонисту и положил обе руки на меха гармони. Гармонь взвизгнула и замолкла. Наступила тишина.
Мужчина, просивший тишины, негромко сказал, по-видимому, не предназначая сказанное для всех, и не понимая ещё, что в зале наступила тишина и все его хорошо слышат:
- И хоть бы играть-то умел, неуч. Ведь одну и ту же музыкальную фразу повторяет бесконечно.
С противоположной стороны молодёжь вскочила на ноги и тут уж неизбежно завязалась бы драка, если бы не Саша. Он пустил в ход ментальное воздействие, замедляющее реакцию. Молодёжь, уже готовая выскочить из-за стола и начать творить всяческие безобразия, застыла на одном месте.
Саша выступил вперёд, так что его хорошо все видели и поднял руку, привлекая к себе внимание, после чего в полной тишине произнёс:
- А вот оба мои дедушки и обе бабушки были крестьянами. Так что я, крестьянский внук, хочу вам кое-что показать.
Он повернулся и сел за фортепиано. Открыл крышку, пробежался пальцами по клавишам, проверяя настройку инструмента и заиграл вступление. Потом, продолжая играть запел:
И пока Саша играл и пел в зале стояла оглушительная тишина, которая продолжалась какое-то время даже после того, как Саша закончил своё выступление. Потом кто-то робко хлопнул пару раз в ладоши, потом ещё и ещё. Скоро весь зал стоя аплодировал. А потом слово взял отец невесты:
- Спасибо тебе парень, вразумил всех. Одиннадцать лет прошло, забывать стали, как на фронте рядом плечом к плечу стояли и не важно было твоё происхождение, из крестьян ты вышел или из рабочих, или из служащих. Совсем другое было важно. Дрогнешь ты в бою или нет, бросишь ты раненного товарища в поле или потащишь его на своём горбу до своих. Тут кое-кто стал забывать, что наша страна – это государство рабочих и крестьян. Я предлагаю тост – не забывать своих предков и не кичиться своим социальным положением.
Пока народ пил и закусывал, Саша решил поиграть свои композиции. Тут его и обнаружила Гера. Она постояла несколько минут глядя на то как порхают Сашины руки над клавиатурой, прежде чем решилась остановить его.
- Саша, прости меня, пожалуйста, но нас ждёт работа. Нужно собрать со столов всю грязную посуду, сменить скатерти и накрыть столы к десерту.
Саша ушёл в сопровождении Геры, а отец невесты наклонившись ближе к уху жены сказал:
- А ведь он мне репутацию спас.
- Кто? – не поняла его жена.
- Парень этот, официант, певец и пианист. Если бы не он, была бы драка. Завтра бы об этом узнали в горкоме. А на следующей неделе Зеленин завёл бы на меня персональное дело и неизвестно, как бы это всё закончилось.
- Сталинские порядки осуждены и ушли в прошлое, - ответила жена.
