- Кто разрешил ему ЭТО смотреть? – ткнула Рыжевская пальцем в анатомический атлас, который лежал перед Сашей и который он с увлечением рассматривал.
- А какое и от кого нужно получать разрешение на изучение анатомического атласа? – удивлённо спросила её Даша.
- Не держите меня за дуру, Морозова. Несовершеннолетний мальчик изучает строение человеческого тела, в том числе женского.
- Это запрещено? – удивлённо спросила Даша.
- Ну, все, - сказала Рыжевская, - моё терпение иссякло, встретимся в кабинете ректора.
Она развернулась и пошла, широко шагая и размахивая руками.
- У вас воспаление желчного пузыря, - крикнул ей вдогонку Саша.
- Саша! – прикрикнула на него Даша, - веди себя прилично.
Саша промолчал, хотя ему было что сказать по этому поводу. Он провёл диагностику за то небольшое время, что Рыжевская ругалась на них. К сожалению, диагноз, который Саша озвучил, был сущей правдой. На всякий случай Саша оставил на её ауре свою метку.
Их совместные с Дарьей Борисовной занятия начались месяц тому назад. Как-то раз, будучи в гостях у Насти, Саша сказал, что хочет стать врачом. Дарья Борисовна была рядом и услышала его. Дальше Саша стал жаловаться на нехватку учебной литературы. Вот прямо сейчас он нуждался в анатомическом атласе.
- Вы не можете мне помочь в этом вопросе? – спросил Саша Дарью Борисовну.
- Я возьму его для тебя в библиотеке мединститута, - ответила ему Дарья Борисовна.
Вот с этого эпизода и стал Саша водить с ней дружбу. Вскоре он выяснил, что по субботам Дарья Борисовна с полудня до 4-х, а то и 5-ти часов пополудни занимается в читальном зале библиотеки мединститута и навязался ей в попутчики. Там она брала для него литературу, которую он просил, и они вместе сидели и занимались, время от времени делая перерывы, на которые они выходили в коридор, чтобы размяться и поболтать, поделиться впечатлениями. Временами Дарья Борисовна забывала о разнице в возрасте и рассказывала явно лишнее, не предназначенное для детских ушей.
Вот и сейчас, до неё дошло, с какими претензиями обратилась к ней заведующая библиотекой. А вот и она, легка на помине. Да не одна. За ней поспешает ректор мединститута, Воробьёв Семён Иванович.
«Что за вздорная баба», - подумала про Рыжевскую Даша.
- Вот, полюбуйтесь, Семён Иванович, - Рыжевская торжествующе указала на Сашу.
Саша встал и вежливо поздоровался.
- Здравствуйте, Семён Иванович. Меня зовут Александр Смирнов. Я ученик 5 "Б" класса школы номер 20. Разрешите выразить вам Семён Иванович своё восхищение. Я счастлив познакомиться с автором такой интересной методики сохранения и восстановления костной ткани. Безусловно, это открытие мирового уровня. Вы ведь заведуете кафедрой хирургии? Я тоже хочу стать хирургом.
Рыжевская открыла рот и издала какой-то невнятный звук. Саша перевёл на неё взгляд и снова повернувшись к ректору, сказал:
- Семён Иванович, покажите своего главного библиотекаря врачам, по-моему, у неё налицо все признаки панкреатита.
- Вот как? – отмер от удивления ректор. – Вы полагаете?
- У меня нет ни тени сомнения, - ответил Саша.
- А что скажет наша уважаемая Дарья Борисовна? – спросил её ректор.
- Боюсь, что я не готова ответить на такой вопрос, - прокашлявшись от неожиданности, ответила Даша, - это у нас Саша спец по диагностике.
- Вот как? – снова и ещё больше удивился ректор. И обратившись к Саше, спросил:
- Вы не расскажете нам, коллега, как вы определили панкреатит у уважаемой Евдокии Артуровны?
- Как вы знаете, - лекторским тоном начал свой ответ Саша, - внешних признаков панкреатита очень немного, но в данном случае они все налицо. Я начал наблюдать уважаемую Евдокию Артуровну с месяц назад. За этот месяц она сильно и быстро похудела. Это произошло на последней неделе. Я слышал, как она жаловалась своей работнице на отсутствие аппетита и тошноту после приёма пищи. Во-вторых, её кожа приняла явно выраженный желтоватый оттенок. В-третьих, она постоянно держит одну руку на животе. Я заметил, что после обеда у неё идут отрыжки и пару раз заметил, что она пускает газы. Мне кажется, что этого вполне достаточно, чтобы насторожиться и, по крайней мере, сходить в поликлинику. Если пустить на самотёк, то можно будет вскоре ожидать первого острого приступа.
Рыжевская растерянно посмотрела на ректора:
- Семён Иванович, - жалобно проблеяла она, - да что же это, неужели это правда?
- Мне кажется, - ответил ей Воробьёв, - что в данном случае молодой человек абсолютно прав, и я бы на вашем месте не пренебрёг его советом. Идите прямо сейчас, я вам разрешаю покинуть рабочее место. Светочка справится одна, сегодня суббота, народу, как сами видите, практически никого нет, раз-два и обчёлся.
Проводив Рыжевскую взглядом, ректор вновь обратился к Саше:
- А что вы скажете насчёт меня?
- А вам бы я посоветовал проконсультироваться с Никитиным.
- С Егором Алексеевичем?
Саша кивнул.
- Вы видите что-нибудь серьёзное?
- Когда дело касается нашей сердечно-сосудистой системы, то тут несерьёзного бывает мало, - ответил Саша.
- Понятно, - поскрёб затылок Воробьёв.
