Метка смерти полностью

Сабина сглотнула. Ситуация и правда выглядела не очень. Таким образом, дело принимало политический оборот – что будет особенно не по вкусу Дирку ван Нистельрою. Но они уже начали расследование и теперь должны довести его до конца. К тому же Сабина поняла, почему пресса пропустила сквозь пальцы Магдалену Энгельман и ее невероятные обвинения – если та действительно пыталась с кем-то связаться.

– Министр Хирш не случайно уже несколько дней как пропал? – Снейдер задал вопрос, который особенно интересовал их всех.

– Как я и опасалась, ни Ведомство федерального канцлера, ни министерство здравоохранения не выдают никакой информации, но через ваше контактное лицо я получила доступ к его календарю встреч. В настоящий момент министр как раз в Вене.

Снейдер приподнял одну бровь.

– Отлично! – Он достал телефон и нажал на кнопку быстрого набора номера, который был знаком даже Сабине. Секретарша Дирка ван Нистельроя. Снейдер не дал ей и слова сказать. – Это Мартен, мне нужно четыре авиабилета в Вену. Нет, это слишком рано… – он взглянул на часы, – скажем, через два-три часа. Хорошо. – Он закончил разгорвор.

– Значит, снова паковать вещи, – вздохнула Тина, но тут последовал очередной сюрприз.

– Нет, Мартинелли, вы нужны мне здесь, – сказал Снейдер. – Я хочу, чтобы вы и Хоровитц проанализировали разговор Таборски с монахиней и сообщили нам обо всей новой информации. – Он посмотрел на Хоровитца: – В порядке?

Тот кивнул.

– Ты знаешь, как я ненавижу перелеты.

Снейдер посмотрел на Тину:

– К тому же – если министр не должен стать пятой жертвой – мне нужна работоспособная команда, готовая выдвинуться в любой момент.

– О’кей, – вставила Тина.

Хоровитц допил свое какао с медом, смял бумажный стаканчик и выбросил его в мусорное ведро.

– Дамы и господа… – он отъехал на своей коляске назад и развернулся, – тогда я начну.

Снейдер кивнул, и Хоровитц покатился к двери-вертушке.

– Вы сказали: четыре авиабилета! – уточнила Сабина и оглядела оставшихся. – Для кого они?

– Для меня, Кржистофа, вас и… – ответил Снейдер.

– Для меня? – удивленно воскликнул Кржистоф. – Ты, голландская вонючка, отлично знаешь, что мне нельзя покидать страну, пока…

Снейдер прервал протест Кржистофа резким движением руки.

– Во-первых, нидерландская вонючка… – он вытащил из кармана пиджака многостраничный документ, который был сколот скрепкой, – а во-вторых, это твой официальный договор консультанта.

Кржистоф прищурился и небрежно прислонил поднос, на котором принес напитки, к стене здания. По его застывшей позе Сабина сделала вывод, что ему совсем не по себе.

– Какой договор? Я не собираюсь ничего подписывать.

– Даже договор с БКА, предполагающий значительный гонорар?

– Гонорар? – Кржистоф вырвал бумаги у Снейдера из рук и, быстро полистав страницы, присвистнул.

Снейдер повернулся к Сабине. «Две тысячи евро», – безмолвно проговорил он одними губами.

Сабина заулыбалась. Это было в два раза больше, чем Кржистоф получал от своей доставки медикаментов.

– А в-третьих, – добавил Снейдер, – на последней странице находится особое разрешение, что в сопровождении сотрудников БКА ты можешь выезжать за границу.

– Да, но… – голос Кржистофа стал тише, – срок действия моего загранпаспорта давно истек.

– Domkop[23], – качая головой, Снейдер вздохнул, снова достал телефон и на этот раз быстрым набором вызвал другой номер. – Да, это Снейдер… мне все равно! Слушай! Нам необходим фотограф и новый загранпаспорт для Кржистофа… Не завтра! Немедленно! – Он слушал какое-то время, затем прервал связь, убрал телефон и взглянул на Кржистофа: – Тракт B, четвертый этаж, кабинет сорок восемь. Старый паспорт не нужен… Причеши волосы и не заблудись.

Кржистоф сложил договор, запихнул его в задний карман брюк, провел ладонью по волосам и ухмыльнулся, обнажив свой сломанный резец. Затем поднял воротник кожаной куртки. – До скорого. – Он сунул пустой поднос под мышку и зашагал к двери-вертушке.

– Какой нахал, – вздохнула Сабина, после того как поляк скрылся в столовой.

– Да, но всегда оказывается на светлой стороне жизни, – констатировал Снейдер. – Но вы еще увидите, что касается прикрытия с тыла, поддержки или козыря в рукаве – называйте как хотите, – он многого стоит.

В этот момент зажужжал телефон Снейдера. Он открыл эсэмэс, пробежал глазами текст, затем посмотрел на часы.

– Билеты уже зарезервированы, – сообщил он ей. – Вылет из Франкфурта в 13 часов. Значит, у нас еще достаточно времени. – Он помассировал точку на виске. – В Вене мы займемся министерством здравоохранения. Об официальной встрече в австрийских ведомствах можем забыть, нам назначат аудиенцию самое раннее через три месяца. Тут у нас даже с особыми полномочиями от ван Нистельроя нет шансов.

– Что же мы тогда будем делать? – спросила Сабина с недобрым предчувствием. – И кто четвертый полетит с нами?

Снейдер посмотрел на Сабину:

– Нам нужен по-настоящему толковый техник, который сумеет провести операцию по прослушке.

– Вы хотите организовать прослушку министра? – вырвалось у Сабины.