– Меня зовут Сабина Немез, Федеральное ведомство уголовной полиции Висбадена. – Она показала свое удостоверение. – Я хотела бы поговорить с министром Хиршем… Мы уже знакомы, – добавила она.
– Мой муж только что пришел домой. Он наверху в ванной! – Женщина взяла удостоверение и принялась его изучать. Затем убрала прядь волос за ухо. Она была привлекательной, несмотря на родимое пятно на щеке. – Мой муж знает, что вы к нему придете?
Сабина проигнорировала вопрос.
– Мы только что общались с ним в Доротеуме. Это срочно.
Женщина вернула Сабина удостоверение.
– Хорошо, входите. Мой муж сейчас спустится, я его позову.
Сабина вошла, и жена Хирша провела ее через холл в гостиную. Комната была светлой, с большими окнами. Повсюду висели мрачные картины, которые контрастировали с приветливой атмосферой дома. «Чумная колонна» действительно хорошо сюда впишется.
– А где оба телохранителя? – крикнула Сабина вслед женщине, прежде чем та успела исчезнуть на верхнем этаже.
– Из них только один телохранитель моего мужа. Другой – его шофер. Они в саду за домом, курят, – крикнула жена Хирша. – В доме мне эти два парня не нужны. Что может здесь с нами случиться?
Сабина подошла к одному из окон и посмотрела наружу. Отсюда она могла видеть часть сада. За домом находились беседка и бассейн, в котором плавал красный надувной матрас. Чуть дальше стояла теплица, в которой, похоже, росли томаты. Обоих мужчин нигде не было видно.
Сабина услышала, как наверху хлопнула дверь и раздался голос женщины. Сабина ждала. Все-таки она почувствовала облегчение, что за это время ничего не произошло. Но была ли Магдалена Энгельман настолько легкомысленна, чтобы планировать покушение на министра с охраной? Сабина скорее полагала, что они на ложном пути. Здесь в Вене ничего не случится. Вместе с тем ни от Тины, ни от Хоровитца не поступало звонка, который навел бы их на другой след. Если здесь действительно ничего не произойдет, то сегодня они зайдут в тупик.
Сабина взглянула на наручные часы.
Она огляделась в гостиной. На каминной полке стояло множество фотографий в рамках. Снимки с церемонии назначения Хирша министром и различные фото из отпусков. Горные хижины, озера, велосипедные туры. Но везде Хирш был изображен с рыжеволосой женщиной своего возраста, шестидесяти пяти – семидесяти лет. Может, бывшая жена? Вряд ли. Хирш не так давно стал федеральным министром, а она была на фотографии с церемонии назначения на должность.
Сабина подумала о тирольском акценте. Женщина и без того показалась ей странной. Она подняла руку и сказала в микрофон:
– У вас все в порядке?
«Конечно, все тихо, а у тебя?» – раздался голос Марка в наушнике.
– Не знаю… – Взгляд Сабины упал на автоответчик, стоявший на комоде рядом с входом в гостиную. На нем мигала красная лампочка.
Она подошла к аппарату и прислушалась, но с верхнего этажа не доносилось ни звука. Тогда она нажала на кнопку. На автоответчике было одно непрослушанное сообщение.
Запись потрескивала, на заднем плане были слышны уличный шум и музыка. Вероятно, авторадио.
«Привет, дорогой. Не смогла дозвониться тебе на мобильный. К тому же твой автоответчик опять переполнен. Надеюсь, ты это услышишь. Я все еще в магазинах. Приеду самое раннее в семь. Надеюсь, аукцион был успешным. Целую!»
– Оцепите дом! – крикнула Сабина в микрофон. – Ты спереди, Кржистоф сзади. Женщина в доме не жена Хирша! Темный брючный костюм, родимое пятно на лице. Схватите ее!
«Что, что, что? – закричал Марк. – Где Хирш?»
– Вероятно, уже мертв. – Сабина схватила кочергу от камина, выскочила из гостиной и побежала вверх по лестнице.
На верхнем этаже она распахнула все двери, но за ними находились только ванная, туалет и пустые спальни. Правда, балконная дверь была открыта. Сабина посмотрела через балкон в сад, но не заметила ничего необычного.
– Наверное, ушла через заднюю дверь! – крикнула Сабина в микрофон. По всей видимости, она до этого разговаривала с сообщницей Магдалены Энгельман, которой не удалось вовремя скрыться из дома, и та в отчаянии выдала себя за жену Хирша. Возможно, женщина собиралась убить и Сабину, но догадывалась, что ту могут ждать коллеги, и предпочла скрыться.
