Против воли вспоминаю темный подвал с осклизлыми стенами, холодный пол, которого касались босые ступни, боль в вывернутых плечах и запястьях, скованных за спиной и пристегнутых к жесткому металлическому стулу, а также нехватку кислорода, когда раз за разом лицо заливал поток ледяной воды из гибкого шланга.
– Он пытал меня, – сообщаю коротко, не желая вдаваться в подробности. – Хотел узнать правду, и чтобы я сдала подноготную своих родственников.
Пальцы Кейда сжимаются в кулаки, и я перевожу внимание с его рук на лицо, которое приняло жесткое выражение.
– Ты не сдала?
Горько смеюсь.
– Сдала бы, если бы знала хоть что-то. Но для меня отец и дед были всего лишь богатыми инвесторами. О их причастности к криминалу я понятия не имела, о чем и говорила Эдварду раз за разом. В конце концов он сжалился. Пока я была взаперти, на Бертрама и Андреаса свалилась куча проверок, которые они успешно прошли, а Шеффилд так и не получил достаточных доказательств для того, чтобы отправить за решетку хотя бы одного из них.
Замолкаю и смотрю в пространство перед собой, возвращаясь в то время, когда единственное, чего мне хотелось, – расстаться с жизнью.
– Что случилось с тобой после?
– Меня отправили к родителям. После случившегося не могло идти и речи о жизни в браке с пытавшим меня человеком. Но и дома мне не были рады, как и я возвращению в семью. В первый же вечер за ужином я попыталась выяснить, правда ли то, что говорил мне Эдвард. Дед подтвердил его слова, и я слетела с катушек. Не помню уже, какими проклятиями их осыпала. Бросилась на Андреаса с ножом и даже сумела его ранить, потому что он такого не ожидал. Сразу после этого меня выставили за порог, не желая иметь со мной ничего общего ведь я… Я! Опозорила семью. Да я и сама не хотела ни на минуту оставаться среди людей, которые ставили свои желания выше моего благополучия. Поэтому ушла. И шла так долго, как только позволили силы.
Между нами повисает тишина, оказывающая гнетущий эффект. Уверена, это чувствую не только я, но и Кейд. Он же первым ее нарушает:
– Как ты справилась?
Медленно качаю головой, опуская уголки губ.
– А я не справилась. Несколько дней скиталась по не самым благополучным районам, ничего не ела и ни с кем не разговаривала. У меня не было желания бороться даже тогда, когда на меня набросились какие-то отморозки в подворотне. Тогда появилась Мэй. Она отбила меня у них и забрала к себе, а затем постепенно вытащила со дна и подарила желание жить дальше. Если бы не она, я бы умерла.
Тяжело вздыхаю и опускаю взгляд, не в силах смотреть на Кейда. Хорошо хоть в его глазах нет жалости, этого я бы точно не вынесла.
– Тебе повезло, – говорит он, и я не сдерживаю ядовитого смеха, что разъедает горло.
– Никакого везения, Кейд. Это все отец, – признаюсь я, потому что терять уже нечего. – Он заплатил Мэй, чтобы она забрала меня к себе и всему научила. Я случайно узнала на днях. Так что я снова обязана жизнью Андреасу, который тогда едва ли не впервые пошел наперекор деду и вступился за меня, пусть и таким способом. Пусть и преследуя собственные цели.
– Ты ничем ему не обязана, – твердо заявляет Кейд, и я поднимаю на него взгляд. – Пусть идет на хер! Родители не должны поступать так со своими детьми.
Медленно киваю.
– Ты прав. К черту его. Я многого добилась сама, пусть и с его подачи. Но, знаешь, мне все равно.
Кейд одобрительно кивает и собирается что-то добавить, но его прерывает настойчивый стук в дверь. Одновременно поворачиваемся на звук и поднимаемся. Бросаю короткий взгляд на часы.
– Мы кого-то ждем? – негромко уточняет он.
– Нет.
Кейд кивает и идет в прихожую, где на тумбочке лежит пистолет. Взяв его, он указывает дулом на дверь, в которую снова кто-то барабанит. Тоже беру оружие и прячу его за спиной, после чего быстро прохожу к выходу и заглядываю в глазок. С облегчением выдыхаю, увидев Аврору, а миг спустя напрягаюсь еще сильнее. Рывком распахиваю дверь и запускаю ее внутрь.
– Ну наконец-то! – восклицает она запыхавшимся голосом и пристально оглядывает наши фигуры. – Надеюсь, вы успели потрахаться, потому что дальше будет некогда.
Смотрю на нее раздраженным взглядом, в котором явственно читается:
– А я тебе предлагал, – как бы между прочим сообщает Органа.
Аврора расплывается в широкой улыбке, но я не ведусь ни на первого, ни на вторую. Серьезно спрашиваю:
– Где Джей?
Рори взмахивает рукой, в которой зажаты ключи от внедорожника.
– Высадила его у Маттео, сама поехала сюда.
Нетерпеливо киваю.
– Что случилось?
– Мы в дерьме!
– Я уже догадалась. Подробности будут?
Улыбка пропадает с ее лица, которое тут же принимает жесткое выражение.
– Шеффилд в городе. И он готовит что-то крупное сегодня вечером.
Тишина длится не дольше пары секунд и нарушает ее Кейд, выдав лаконичное:
– Пиздец!
– Не то слово, – подхватывает Рори. – Нам срочно нужен план.
Рассеянно киваю. Пиздец – не то слово, чтобы передать одолевающие меня эмоции.
Какого черта все эти проверки судьбы посыпались разом? Может, пора бы уже притормозить и хотя бы дать выдохнуть?
