Но я не говорю ничего подобного. Нужно для начала избавиться от него хоть ненадолго.
– Мам… – начинаю я, но она останавливает меня жестом.
– Мне лучше покинуть Адемар, – заявляет она.
– Что? – изумляюсь я.
– Так будет правильно. Я не хочу скрываться здесь вечно, – она обводит крохотную кухоньку жестом, – и оглядываться каждый раз, когда мимо пройдет сотрудник службы безопасности. Да что там – любой прохожий.
– В столицу тебе тоже нельзя.
– А кто говорит, что я поеду туда? – с печальной улыбкой спрашивает мама.
– Но куда тогда?
Мама переводит внимание мне за спину.
– Кастор, оставь нас, пожалуйста. С Даниэль мне ничего не грозит.
– Как скажете, – доносится его голос, а следом удаляющиеся шаги.
– Что ты задумала, мам? – спрашиваю, не скрывая подозрения.
В жизни не поверю, что она смогла собраться с мыслями и совладать с эмоциями так скоро. Отекшие от слез веки тому подтверждение.
Мама тяжело вздыхает и протягивает руки поверх стола, жестом прося, чтобы я вложила в ее ладони свои. Как только делаю это, она стискивает мои пальцы и заговаривает:
– Когда ты ушла из семьи, мы серьезно поругались с Андреасом. Я была раздавлена безжалостным решением Бертрама, но когда более-менее сумела взять себя в руки, поняла, что должна обезопасить себя на случай, если твой дед решит избавиться и от меня. Жестокость Андреаса подлила масла в огонь. У меня были некоторые накопления, что я унаследовала от своего отца. Я обратилась к родственникам с его стороны, и они помогли мне с покупкой домика в Талавере, который оформили на подставное имя.
– Мама, – произношу шокированно.
Она слабо улыбается и продолжает:
– Там же открыли небольшую цветочную лавку, которая по сей день приносит доход. Когда мы помирились с Андреасом, я пожалела о принятом решении и обо всем ему рассказала, но он не стал продавать ни жилье, ни бизнес. – Мама проницательно заглядывает мне в глаза. – У меня есть куда переехать и на что жить, а также чем платить Кастору за преданность. Думаю, чем скорее я переберусь из Адемара в Талавер, тем быстрее свыкнусь с новой личностью и необходимостью жить по-другому.
– Хорошо, – произношу без возражений.
Это здравая мысль. И сейчас я испытываю нечто вроде гордости, потому что все эти годы недооценивала свою мать, а она оказалась гораздо более стойкой и умной.
Оборачиваюсь, услышав шаги. На кухню заглядывает Кейд.
– Прошу прощения, что прерываю. Дани, нам уже пора.
Киваю и поднимаюсь из-за стола одновременно с мамой, она напоследок пожимает мои пальцы и тактично выскальзывает из кухни, оставляя нас наедине.
Кейд отступает в сторону, пропуская ее, и переводит внимание на меня. Смотрю в его сосредоточенное лицо и нахожу решение сложившегося положения.
– По пути в Руган заедем в Талавер? – прошу я.
Кейд слегка приподнимает брови.
– В этом есть необходимость?
– Да, – подтверждаю решительно. – Оставим там маму и заодно наведаемся в одно место. Нужно достать оружие.
– Как скажешь, – говорит он и жестом указывает на выход, куда уже прошли Рори, Джей и Маттео.
Быстро прощаюсь с мамой до завтра и спешу следом.
Мы близки к шкатулке, как никогда, но дело вообще не в этом. Поездка в Руган могла спокойно обойтись и без меня. Проникнуть в столичный дом отца намного проще, чем было в местный. Кроме того, Кейд точно знает, где искать нужную ему коробку.
Меня волнует другое. Я за секунду приняла решение следовать за ним, даже не задумываясь об этом. И пока я не в состоянии сделать из этого хоть какой-то вывод.
Сворачиваю на Бейтс-роуд, преодолеваю пару кварталов и прохожу к небольшой забегаловке, что имеет уличную веранду с полдюжиной столиков, за одним из которых замечаю Колта. Он сосредоточенно уставился в газету, будто его не интересует ничего вокруг, но мое появление встречает едва заметным кивком. Зная, что где-то поблизости есть минимум один человек Шеффилда, делаю вид, что мы незнакомы, и захожу внутрь. Обшариваю заполненный посетителями зал быстрым взглядом, пока не цепляюсь за Шона. Он расположился у окна, задумчиво глядя на улицу, но скорее всего не замечает ничего вокруг. Направляюсь к нему, лавируя между столиками и минуя музыкальный автомат, из которого льется довольна приятная мелодия.
Брат выныривает из глубины своих мыслей, только когда я опускаюсь на сиденье напротив.
– Привет, – здороваюсь первой.
– Привет, – вторит Шон и жестом подзывает официанта. – Что-то случилось? Почему нельзя было встретиться у меня и не так рано.
– На то есть причины, – отзываюсь я в момент, когда нам приносят меню.
Отмахиваюсь от него и заказываю только кофе.
– Что за причины? – хмурится Шон, не дожидаясь, когда мы останемся наедине.
Улыбаюсь официанту, он отвечает мне вежливым кивком и уходит, чтобы передать заказ бариста.
Сразу перехожу к делу:
– За тобой следят люди Шеффилда, поэтому встречу лучше было провести на нейтральной территории.
– Что? – удивляется Шон и лихорадочно оглядывается.
– Прекрати вертеться! – приказываю раздраженно.
– Он же вроде мне поверил, – бледнеет брат, садясь неестественно прямо, отчего у меня вырывается вздох. – К чему слежка?
