Мэтр на учебе полностью

Правда, этого, кроме меня, никто не увидел — адептов больше интересовала испачканная одежда, обгоревшие учебники и проваленное задание но алхимии.

— Невзун, что вы наделали?! — едва опомнившись от потрясения, подскочил ко мне мастер Краш, а следом за ним в мою сторону обратились все без исключения взгляды. — Что за компоненты вы туда положили?!

Гм. Хороший вопрос. Наверное, следовало повременить с теми травками. Собственно, по отдельности они не представляли собой ничего интересного. Однако одна из них, добавленная в нужных пропорциях, в правильное время и правильной последовательности, усиливала эффект готовящегося зелья, вторая связывала удачу объекта, выпившего его, с неудачей окружающих его людей, а третья меняла воздействие уже остывшего зелья на прямо противоположное. Иными словами, вызывала у нужного объекта тотальное, невероятное и просто-таки катастрофическое невезение на последующие два-три часа.

Впрочем, профессору знать об этом необязательно.

Не обращая внимания на приходящих в себя адептов, я спокойно пригладил мокрые волосы и поправил сбившийся воротничок.

— Наверное, немного перестарался с травками.

— Какими еще травками?! — взбеленился мастер Краш. — Что за зелье вы сварили?!

— Я же сказал: зелье удачи…

— Что?!

— Ну, крысе ведь помогло? — резонно заметил я, аккуратно отступая от преподавателя. — Я, конечно, не настаиваю на «зачете», но как минимум «хорошо», как мне кажется, за этот урок честно заслужил.

У профессора побагровело лицо и как-то недобро сверкнули глаза. Я прямо порадовался, что он не огневик и не может сейчас шарахнуть по мне каким-нибудь огненным заклятием.

Подумаешь, лаборатория чуток подгорела и пропахла за пару мгновений сточными водами Сазула. Ну адепты перепугались. Ну задымилось тут что-то… Но никто ведь не пострадал? А раз так, то я считаю, что урок прошел удачно.

Разве нет?

— Вон! — наконец выдохнул взбешенный светлый, буравя меня глазами. — Никаких зачетов! Никаких «хорошо» и «отлично»! На отработку явитесь в первый же день следующей недели и в письменном виде доложите мне состав всех до единого зелий из тем первого полугодия!

Я вздохнул: что ж, могло быть и хуже. Я бы на его месте заставил меня сперва все тут убрать, а уж потом выгнал из класса. Но раз он не хочет — я пошел.

— Всего доброго, профессор, — вежливо попрощался я и, отвернувшись, беспрепятственно покинул разгромленный кабинет и своих невезучих коллег, с некоторым огорчением предвидя бесполезно потраченный вечер в начале следующей недели, но все же с радостью прижимая к груди пробирку с новообретенным зельем.

На свой последний на этой неделе урок я, по обыкновению, явился последним. Не потому, что беспокоился о здоровье или опасался, что кто-то из одноклассников захочет задать пару вопросов насчет случившегося на алхимии, просто Нич до сих пор так и не объявился. И я прождал его в столовой до упора, надеясь, что это — всего лишь непредвиденная задержка.

— Испытываете судьбу, Невзун, — неестественно ровным голосом заметил мэтр Лонер, когда я демонстративно уселся перед самым его носом. Рядом с Верией, как в прошлый раз. — В следующий раз вам может и не повезти.

Я пожал плечами и, достав учебник, уткнул взгляд в парту.

— Хотите что-то сказать? — поинтересовался некромант, буквально напрашиваясь на резкость.

Я мотнул головой, а затем с мрачным видом принялся изучать учебный материал.

— Жаль. Что ж, в таком случае позвольте задать вопрос вам: что вы знаете об истории войны гильдий, начавшейся почти полвека назад и закончившейся незадолго до вашего рождения?

— Достаточно, чтобы судить о причинах, из-за которых она началась, — так же ровно отозвался я, не поднимая глаз.

— Похвально, — неприятно улыбнулся мэтр. — Тогда, может, вы назовете их вслух? Мне бы хотелось начать урок с возвращения к истокам, молодой человек. И раз уж вы, как утверждают, довольно начитанны для своего возраста, то будьте так любезны — приоткройте нам завесу этой тайны.

Я поднял на старого друга взгляд и спокойно ответил:

— Хорошо, я попробую. Но мнения на этот счет ходят разные, достоверных фактов в письменных источниках почти не содержится, поэтому многие сведения, на которые опираются современные историки, получены по большей части с чужих слов. А люди, как известно, склонны к преувеличениям.

— Да что вы? — оскалился Лонер. — Так, может, вы поможете нам разобраться?

Я пропустил издевку мимо ушей.

— Разобраться сможет лишь тот, кому это действительно нужно. Большинству же удобнее считать, что началом войны стало предательство, когда случилось убийство главы Темной гильдии — мэтра Валоора да Шеруга ван Иммогора.

У мэтра Кромма сузились глаза.

— Вы полагаете, это — ложные сведения?

— Насчет предательства — нет. Насчет убийства… сомневаюсь.

— А вам известно, кто стал причиной этих событий? — опасно спокойным голосом поинтересовался Лонер.