По старой привычке сжимая в кулаке карабин автоматного ремня, чтобы не гремел, Кручина перебежками добрался до станции, поднялся по лестнице, из оконного проема сразу увидел две толстые башни с квадратным сечением, соединенные диагональным мостом. С его ракурса это строение напоминало букву «Н» с косой черточкой.
Он исполнил поручение Мориса – добрался до этих башен строго по северной обходке, перебегая от строения к строению, прячась и выглядывая, чтобы оценить обстановку и рассчитать варианты, перед тем как преодолеть отрезок пути.
Но когда он бежал, почему-то думалось не о возможной тактике врага, а о том сколько раз ему приходилось вот так бегать в разных точках планеты. В болотах, джунглях, охваченных войной городах, лютых морозах и в испепеляющей жаре. Кручина пытался заставить себя думать, как положено, но сосредоточиться не получалось. Только остановившись напротив северной части нижней башни, он пришел в привычное напряжение. Здесь царила кромешная тьма, но еще на подходе он увидел через ПНВ весь короткий отрезок стены и понял, что Мориса тут нет.
Кручине очень хотелось увидеть сейчас начальника, но он был профессионалом и никакой самодеятельности не допускал. За первым провалом окна, увидел лестничный пролет, забрался туда, стараясь не шуметь и на цыпочках, осторожно проверяя ногой ступень, прежде чем перенести на нее тяжесть тела, стал подниматься.
Сердце гулко стучало под бронежилетом. Иногда из-под подошв вылетали камешки, и улетали вниз, отзываясь дробным стуком. Кручине всякий раз хотелось материться – даже тихие звуки в такой тишине звучали оглушительно. Через узкие окна на другой стороне, он видел вторую башню и спускающийся переходной мост. Неужели тот, кого они ищут, действительно там? До моста на его стороне оставался всего один пролет. А что если он перешел по мосту, и ждет его здесь? Кручина отогнал неприятную мысль – Морис бы такое предусмотрел.
Через секунду он убедился в этом – последний этаж был абсолютно пуст. Совершенно голая, даже чистая площадка с широким проемом под спускающийся к соседней башне мост и вторая лестница напротив. Кручина отметил, что выбрал правильную лестницу – ее скрывал широкий простенок, а вторая лестница как раз хорошо просматривалась из соседней башни.
Кручина сел в углу, напротив лестничного подъема и стал ждать. Минуты текли, но это его не пугало, ждать он умел. Наконец, внизу раздался звук – падение камешка. Звук был настолько тихим, что Кручина даже решил, что ему показалось, но как только он убедил себя в этом, звук повторился, и сомнений не было – Морис поднимался.
Кручина ждал, прошло уже минут пять, затем десять. Дурацкая ситуация. Понятное дело, Морис сверхосторожен и дьявольски терпелив, но как бы ему сообщить, что он уже здесь и опасности нет? Ведь тот фрукт тоже не лыком шит и может, заподозрив неладное сменить позицию. Но Кручина был профессионалом и ждал. Прошло еще минут десять. Камешек за это время упал однажды. Кручина начал терять терпение. Он очень медленно поднялся и, прижимаясь к боковой стене, подошел к лестнице, осторожно выглянул. Зеленоватые пролеты были совершенно пусты. В этот момент снова раздался звук – кто-то внизу наступил на камешек. Кручина вытянул шею, силясь разглядеть что-то между пролетами и не сдержался – тихим шепотом позвал:
– Морис…
В следующую секунду, будто швейная машина прошила строчку через его шею и подъязычную кость. Чудовищные крючья с тихим шелестом стянули горло. Нижняя челюсть опустилась, будто против воли, из нее выплеснулась кровь. Лестница стремительно приближалась, но Кручина умер еще до того, как его носовая кость разбилась о бетон.
Морис улыбнулся, услышав звук падения тела. Он знал, что теперь оставалось только ждать. Его ожидание тоже было напряженным, но в отличие от Кручины, его напряжение диктовалось не страхом, а предвкушением.
Он появился на мосту через пару минут. Морис, сидевший под окном высокой башни, спокойно поднялся и нацелил на него свою винтовку:
– Раз-два-три, а ну замри! – Весело сказал он.
Пустовалов повиновался и, не поднимая головы произнес:
– Использовал своего человека как приманку? Умно.
– Ты ведь тоже использовал своих, чтобы выбраться?
Пустовалов поднял голову. Морис через окуляры прибора ночного видения видел, что Пустовалов без ПНВ и знал, что он видит только очертания темного силуэта в окне.
– Комсомольская, – с улыбкой кивнул Морис, – теперь понимаю, почему перед смертью Даникеру начало так везти.
- Ты меня с кем-то путаешь. Я случайно оказался там.
– Просто пассажир метро?
– Именно.
Морис захохотал и в это мгновение Пустовалов исчез. Он быстро сообразил, что тот просто сиганул через дыру в мосту.
Продолжая смеяться, Морис легко спрыгнул на мост и крикнул:
– Ноги ведь переломаешь!
Внизу мелькнуло темное пятно, Морис не целясь, выстрелил. Затем глянул вниз по обе стороны моста и увидел, что напластанные следы, петляя, ведут к круглой конструкции посреди руин.
