В день прибытия «Звезды Якутии» ножные насосы накачали резиновые лодки быстрее, чем электрическая помпа. Если бы это могло ускорить скорость движения, Лёха и веслами грёб бы, помогая мотору тащить караван. За шесть дней ожидания, гормональный фон молодого мужа зашкаливал, а глаза, в буквальном смысле, покраснели как у быка.
После того, как вес затребованный выкуп доставили отцу невесты, начались проводы невесты, но без пира, так как старателей ждал катер в Крестях. Только спустя два часа удалось загрузиться в лодки и Василий, который должен будет отогнать лодки назад в Оюсут, просушить, скатать и в морозы хранить лодки в балагане.
Отец снабдил дочь справкой типа свидетельства о рождении. Несмотря на то, что тиун также выдал документ о заключении брака, Ольга и Алексей обвенчались в Якутске в церкви Рождества Пресвятой Богородицы.
Пётр сдал в Якутское отделение Горного департамента золото и учётную документацию, где металл взвесили, ссыпали в специальные мешки и опечатали печатью департамента. Там же он зарегистрировал на имя Алексея золотоносный участок, на котором они добыли золото и на котором оставили табличку, что участок занят. Это участок являлся свадебным подарком молодожёнам.
Выполнив все определённые законом процедуры, Пётр в сопровождении Фёдора уехал в Иркутск. Молодожёны остались в Якутске ждать паспорта для Ольги.
Ольга получила паспорт и стала госпожой Сухонины раньше, чем Пётр с Фёдором дождались своей очереди в Иркутскую казённую золотосплавочную лабораторию и молодая семья, не задерживаясь, устремилась в Иркутск вслед за компаньонами Алексея.
Только к двадцатым числам октября Пётр и компания получили за сданное в казну золото ассигновки и по ним получили в банке почти тридцать пять тысяч причитающиеся им деньги за вычетом податей. Из полученной суммы Петру возместили расходы на организацию экспедицию. Остальные деньги поделили поровну на троих.
В Москве молодые Сухонины носились по магазинам и салонам, превращая Ольгу в модную европейку. Восхищённые яркой красотой Ольги, а ещё больше, объёмным кошельком её мужа, служащие магазинов от старших менеджеров до последнего продавца из кожи вон лезли, чтобы угодить клиентам.
Ольга, избавившаяся от своих кожно-меховых национальных одежд и поменяв их на скромное европейское платье, уже тогда вызвала восхищенные взгляды Петра и Фёдора, встречавших молодожёнов на железнодорожном вокзале Иркутска.
Когда же девушка, одетая по последней моде, предстала перед парнями, у парней челюсти в унисон клацнули об асфальт. Стройная невысокого роста красавица с ослепительной улыбкой шествовала в ярком брючном костюме упиваясь восторженными взглядами мужчин. Анджан подивился столь стремительному превращению Ольги всего за три недели их молодой малограмотной азиаточки из забытой богом якутской деревни в модную и раскрепощённую женщину.
Молодая Сухонина без всякой боязни и стеснения, свойственных глубоким провинциалам, шествовала по широким улицам первой русской столицы под руку с молодым мужем-богатырём с гордо поднятой головой, осознавая то, какое впечатление её внешние данные оказывают на мужчин. Более-менее сносно говорившая по-русски, так как проучилась три года в русской сельской школе Оюсута, Ольга за три недели непрерывного общения говорила на родном для мужа языке практически без акцента. То, что Ольга росла и воспитывалась в якутской семье, где в её сознание с молоком матери вбивали мысль, что она будет отдана замуж за нелюбимого человека, возможно из далёкого села сыграло огромную роль в отношении девушки к молодому мужу. Восторженно-влюблённый муж, готовый носить на руках свою прекрасную якутянку не выпуская, пробудил в девушке такую страсть и ответную любовь, на какую была способна только девушка, в ДНК которой есть гены вольной степной женщины.
Только второго декабря 1948 года экспедиция добралась до родного Динабурга. Семья динабургских Сухониных встречала путешественников в полном составе: отец, Виктор Алексеевич, главный инженер машиностроительного завода и потомственный дворянин, мать, Софья Аполлоновна, директор частной гимназии Рябушкиной, потомственная дворянка и сестра Лена Сухонина, ученица выпускного класса женской гимназии.
С Ольги, увидевшей толпу встречающих родственников мужа, слетел весь налёт цивилизации и в угол двухместного купе забилась маленькая и испуганная до чёртиков дочь якутской тайги. Девушка наотрез отказалась покидать вагон и даже на мужа глядела испуганным, но злым волчонком, готовым до последнего сражаться за свою жизнь.
