Все хорошо у компьютерного графика Артура Замышева: куча девушек, никаких обязанностей ни перед кем, верный друг детства Олег, заменивший Артуру погибших родителей, заботится о нем не хуже семьи. Олег многого добился в жизни – открыл собственное агентство веб-дизайна и графики, взял Артура на работу, купил ему квартиру, но Артуру, как и большинству творческих личностей свойственны резкие поступки, под час откровенная неблагодарность, чуть ли не вызов Олегу, неприкрытая неприязнь к его подруге Лиле.Но однажды начинают происходить с Артуром странные вещи – видения в метро на кольцевой линии… а позже он попадает в иную реальность прямо из вагона. Мир, засыпанный теплым снегом с городом в глубоком котловане, желтоглазый мальчишка-телепат по имени Беглов… Но, толком узнать строение неизвестного мира Артур не успевает – так же случайно он возвращается обратно в метро. Артур уверен, что прошло от силы часа три, оказалось – двенадцать дней.
В вольере за решеткой лениво топтались две громадные шелудивые обезьяны. Они давно уже смертельно надоели друг другу, единственное, что еще хоть как-то развлекало, – были посетители зоопарка. Когда от скуки хотелось удавить друг друга, обезьяны вылезали посмотреть на посетителей.
Артуру тоже было скучно, он не знал, куда девать время, день, самого себя, поэтому пришел посмотреть на обезьян. Но, стоя у вольера и разглядывая их кожаные морды, Артур заметил такой издевательский интерес в маленьких злобных глазках приматов, что сомнений не осталось – он, Артур Замышев, пришел сюда и заплатил деньги только для того, чтобы обезьяны могли посмотреть на него, иначе от скуки они станут бить друг друга.
Отвернувшись, Артур направился к выходу. Где-то в зоопарке оставался жираф Самсон. Собственно говоря, к нему-то Артур и приходил, но после обезьян всего расхотелось.
Поблизости на Баррикадной никаких кафешек кроме «Баскин Роббинс» не наблюдалось. Мороженное Артур не любил, но куда-то надо было деваться, не топтаться же у метро, дожидаясь, пока подойдет какой-нибудь мент и, растягивая удовольствие, примется пытать насчет документов, забытых Артуром в кармане зеленой дегенеративной рубашки. Ментам тоже скучно. Рубашку подарила истеричка Ира, Иришка – как она сама себя предпочитала называть.
На карточке оставалось две поездки. Пройдя турникет, Артур купил книжечку кроссвордов, одноразовую ручку и, перейдя на кольцевую, уселся на свободное место в углу вагона. Раскрыв книжечку, он уставился на пункт первый по горизонтали: «Представитель отряда приматов, обитающий…» Артур перевернул страницу, и взялся за следующий кроссворд.
Поезд нарезал уже третий или четвертый круг, Артур сбился со счета. Начинало ощутимо поташнивать. И он пожалел, что не захватил с собою ни пива, ни воды. Тошнота усиливалась, откуда-то возникло головокружение и непонятное слово «каперсы». «Укачало», – решил Артур. Оторвавшись от очередного кроссворда, он прикрыл глаза. Стало еще хуже, ко всему вдобавок, в вагоне стояла невыносимая духота. «Доеду до Краснопресненской и выйду» – подумал Артур, борясь с накатывающими приступами дурноты. По ноздрям резанул отвратительный кислый запах, и Артур, невольно поморщившись, огляделся в поисках влезшего в вагон бомжа. Ничего похожего. Напротив пацан с бутылкой пива, полностью погруженный в созерцание метаморфоз организма под воздействием алкоголя, дальше пара девчонок и тетки с маленькими детективчиками в руках. И все. «Сейчас же выйду, – подумал Артур, – посижу на скамейке, очухаюсь, потом на Баррикадную…» Но, удушающая, полуобморочная дурнота вдавила в кожаный диванчик с такой силой, словно Артур сидел не в вагоне метро, а на центрифуге. «Сейчас меня вырвет…» – с отчаянием подумал он.
Внезапно картинка перед глазами принялась раскручиваться в противоположную сторону, будто отматывая назад бесконечные круги поезда по кольцевой линии. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну контрабаса, на обезумевшую картинку вагона наслоились какие-то мутные видения… На мгновение, один эпизод, яркий, отвратительно скользкий, вырвался из общего хаоса и замер перед глазами Артура, демонстрируя себя со всех сторон.
Артуру казалось, что он вскочил и побежал к дверям вагона, но двери приближались слишком медленно…
Буквально вывалившись на платформу, он, шатаясь, побрел к эскалатору, натыкаясь на людей. «Каперсы, каперсы, каперсы… каперсы», – мысленно повторял Артур, карабкаясь вверх по движущимся ступенькам. Ему почему-то казалось очень важным держаться именно за это слово, и тогда он выберется из метро, обязательно выберется на свежий воздух…
Солнце хлестнуло по глазам, ударило под дых, Артур согнулся над каменной урной, и его вырвало. Сразу стало легче. Заметив, что он все еще сжимает в руке книжечку кроссвордов, Артур выдернул пару станиц, вытер рот и швырнул бумагу в урну. Радуясь, что поблизости не оказалось ментов, Артур побрел к палатке за минеральной водой.
Прополоскав рот и сполоснув лицо «Святым источником», он огляделся. Вокруг шумела и воняла Баррикадная. Присесть было некуда, и Артур пошел к проезжей части ловить машину. Прислушиваясь к своему внутреннему состоянию, он чувствовал только легкое головокружение и, отчего-то тяжелую, сосущую тоску в сердце. Тоска оказалась такой сильной, что Артур задохнулся и машинально вытащил сигаретную пачку из кармана брюк.
Остановив грязный «Жигуль», он сел на переднее сидение и назвал Иркин адрес – первое, что взбрело в голову. Благо, жила она недалеко от метро.
Поднявшись на первый этаж, Артур надавил кнопку звонка, надеясь, что Ирка дома.
– Кто? – послышался ее визгливый голос, и Артур досадливо поморщился. Не дожидаясь ответа, девушка распахнула дверь. На голове у нее красовалась старая вязаная шапка неизвестного науке цвета, из-под которой торчали края целлофанового пакета.
– Ой, – хихикнула Ирка, – Артурчик! А я тебя не ждала!
– Можно войти?
