Олис проснулась только в половине десятого. Она встала с постели и потянулась, демонстрируя свою великолепную фигуру. Линии ее тела были безукоризненны.
— Не искушай, — с усмешкой на устах сказал Олесь, одевая брюки.
— А я бы не отказалась… — рассмеялась женщина, подходя вплотную к русичу.
Поцеловав его, аланка понизила голос и произнесла:
— Не забывай, я эгоистка. И делить тебя ни с кем не хочу. Прежде всего, это касается друзей. Мы слишком редко видимся, чтобы я ради них жертвовала драгоценным временем.
— Не волнуйся, — успокоил жену Храбров. — Я в твоем полном распоряжении.
— Вот и отлично, — довольно проговорила Олис, направляясь в ванную комнату.
Завтракали земляне в ресторане. Зал оказался наполовину пуст. Большинство любителей приключений пробуждались несколько позже. Жак и Тино до сих пор пребывали в состоянии похмелья. Их философская беседа затянулась почти до утра. Учитывая состояние отпускников, разговор за столом не клеился. К счастью, пиво оказалось гораздо лучше, чем в прошлый раз. Видимо, Броуну удалось раскрыть секреты отца.
Спустя час Храбровы покинули «Грехи и пороки». Жара на улице их не пугала. Русич хотел взглянуть на город, с которым было связано столько воспоминаний. Увы, экскурсия получилась скучной. Сектора Чистых, «Чертей», Неприкасаемых и Гетер сильно изменились.
Строители снесли обветшавшие здания и возвели новые дома. От некоторых кварталов ничего не уцелело.
К полудню Олесь и Олис вернулись в гостиницу. Оставаться в Морсвиле больше не имело смысла. Первым же рейсом они вылетели на Алан. Их сын Вацлав жил в специальном закрытом интернате и наверняка скучал по родителям. Хоть несколько дней семья проведет вместе.
Земляне довольно быстро выпили первую бутылку вина. Оно имело терпкий, сладковатый привкус и едва уловимый земляничный аромат. Само собой, эта ягода не росла ни на Алане, ни на Тасконе. Обычное совпадение. Но сколько эмоций и воспоминаний всколыхнула рубиновая пьянящая жидкость! Разве можно забыть прекрасное босоногое детство.
Изнуренная летним зноем и заготовкой сена ватага мальчишек бежала к реке и с невысокого обрыва прыгала в прохладную, освежающую воду. Вдоволь накупавшись, дети вылезали на берег и, ползая на четвереньках, выискивали в густой траве землянику. Сладкая, нежная душистая ягода буквально таяла во рту. Божественное, ни с чем не сравнимое наслаждение! Лучшего лакомства Олесь не знал.
Увы, несмотря на свое высокое положение, Храброву так и не удалось посетить родную планету. Все его просьбы были отклонены. О горсти крупной спелой лесной земляники оставалось только мечтать. Между тем, Жак заказал вторую бутылку. Признаться честно, русич пить больше не хотел, но спорить с товарищем не стал. Пригубив вино, Олесь с интересом изучал меню. И как Олис только умудряется запоминать столь витиеватые названия блюд. Язык сломаешь, пока выговоришь. Но готовят здесь действительно отменно.
Быстрым шагом в зал вошел Байлот. Окинув взглядом присутствующих, старик уверенно направился к землянам. Как обычно, сразу за Аргусом следовал Дарл. Верный ученик и телохранитель. Маркиз сидел спиной к входу и генерала не видел, продолжая налегать на закуски. Живя в глуши, де Креньян отвык от вкусной изысканной пищи. Теперь он наверстывал упущенное. Период покаяния остался в прошлом. «Грехи и пороки» могут сбить с праведного пути кого угодно.
— У тебя неплохой аппетит, — заметил тасконец, положив руку на плечо француза.
— Спасибо, не жалуюсь, — произнес Жак. — Еда — это одно из немногих доступных удовольствий.
— Не тяни, говори, — вмешивался Храбров. — Чем закончилось голосование?
— Предложение генерала Оуна поддержано, — вымолвил Байлот. — Восемь против трех. Даже лучше, чем я ожидал. Экспедиция отправляется через три дня. Ваш план утвержден.
— Превосходно! — сказал маркиз, осушая очередной бокал.
— Кто выступил против? — спросил русич.
— Лиза Соул, Кора Лейбвил и Никлас Прайлот, — ответил старик. — Председатель меня удивляет. В последнее время Никлас стал чересчур осторожен и нерешителен. Обсуждение получилось непростым. Кора в обычной для себя манере устроила истерику. Надо отдать Должное остальным аланцам, они на ее эмоциональное выступление не отреагировали. Необычайную жесткость проявила Утвил. Железная женщина. У Дины прагматичный, логический склад ума.
— А как же Таунсен? — уточнил Олесь. — Неужели его устраивает такое решение?
— Судя по отдельным репликам — вполне, — произнес Аргус. — Либо мы ошиблись, либо Торн ведет рискованную игру. Не исключено, что воины Тьмы вновь попытаются вступить в контакт с насекомыми. Тебе придется постоянно быть настороже.
— Почему мне? — удивился Храбров.
— Совсем забыл сказать, — тасконец тяжело вздохнул. — Ты назначен руководителем экспедиции.
— Я в этом ничуть не сомневался, — бесстрастно вставил де Креньян.
— Лучше помолчи, — раздраженно заметил русич. — Жена меня убьет. Неужели нет другой кандидатуры?
