Лицо девушки вновь разгладилось, она приходила в себя внешне, но внутренне же распалялась ещё больше. Ревность не только обжигала её, но обуздала, заставляя согнуться под себя и диктуя, что нужно делать, заставляя возненавидеть жену брата с новой силой. Смириться с тем, что теперь она - не единственная девушка, которая нужна Томасу, для неё было невозможно. Однако она смиренно кивнула, принимая любовь брата к его жене. Она крепко обняла его, а потом тихо спросила:
-Значит, тебе от неё нужны не только деньги?
-Мне и вовсе не нужны её деньги.
…Мужа не было рядом, как и надежды на их беседу не осталось. Томас, пожелав супруге спокойной ночи, уединился в мастерской, ломая голову над причиной никудышной работы своей машины. Шарлотта же набралась смелости - ведь именно сегодня она решилась пойти навстречу тайнам этого поместья. Страх медленно перерождался в любопытство. Всем известно, что устоять перед запертой дверью невозможно, внутри непрестанно грызется назойливый червячок, побуждая поскорее отпереть замок и войти в запретную комнату. Шарлотта была далеко не исключением, ей больше всего на свете хотелось понять, что же преследует её в этом доме, что не дает ей уснуть. Неужели её собственное воображение играет с ней? Неужели оно так безжалостно пугает её? Может она сходит с ума?
Этими вопросами миссис Шарп задавалась не единожды, однако она так и остается уверенной, что её собственные глаза не могли обмануть её.
Сейчас она сидит за письменным столиком и держит над своим рисунком свечу. Она внимательно разглядывает свое творение и видит перед собой истинный призрак. Призрак женщины. И эта женщина все больше кажется её воплощением лютой ненависти к этим стенам, из которых она не может выбраться, к обитателям Аллердейл Холла, включая и новоиспеченную жену молодого хозяина. Видимо, с ней что-то произошло, что-то страшное, и свидетелями этого происшествия являлись стены этого полуразрушенного поместья. Шарлотта пыталась разгадать тайну этой женщины, она нарисовала её настолько точно, насколько смогла запомнить при первой встрече, а облик её твердо засел в памяти.
Убедившись, что никто не помешает её маленькому путешествию, Шарлотта смело отправилась в заброшенные коридоры. Она знала, что супруг не спал, и это несколько придавало ей храбрости ступить в самое сердце Аллердейл Холла. Однако те коридоры как-будто существовали отдельно от всего остального - как только Шарлотта очутилась в них, она почувствовала, будто находится в целом доме совершенно одна, лицом к лицу с мраком, тайну которого ей предстоит разгадать.
Отовсюду исходил холод, во тьме вставали странные тени, проплывали по стенам, а затем испарялись. Шарлотта за какие-то секунды прибывания здесь успела пожалеть, что вновь пришла сюда, однако что-то продолжало побуждать её касаться дверных ручек и дергать их на себя. К её великому счастью, каждая из дверей оказалась вновь заперта, и поскольку ключи были только у золовки, тот факт, что пробраться в эти комнаты невозможно, успокаивал Шарлотту и заставлял как можно быстрее покинуть это место. Она сознавала, что оказалась куда слабее, чем ожидала от себя, куда трусливее, тем не менее повернула назад и медленно направилась в спальню, но внезапно…
-Шарлотта, - пролетел чей-то шепот за спиной. Девушка остановилась на полушаге и замерла. Обернувшись и выставив свечу, она поначалу не увидела того, кто звал её, но потом отчетливо рассмотрела тень, что не спеша выплыла словно из ниоткуда и так же не спеша двигалась в сторону одной из комнат.
-Ты должна уйти… должна уйти… уйти отсюда, - женский голос шептал эти слова, как заклинание. Было ощущение, что она науськивает испуганную девушку, однако даже не поворачивается в её сторону, а продолжает двигаться своей дорогой. -Уйти отсюда, - чахлый, хриплый голос больше не шепчет, а обретает твердость.
Шарлотта не решается подать голос, ответить, не понимая, видит ли её эта женщина, бродящая по коридорам, или же нет. Однако говорившая не оборачивалась, а вместо этого остановилась у двери одной из комнат и без каких-либо препятствий открыла дверь и зашла внутрь. Как только она исчезла, Шарлотта быстро засеменила за ней на цыпочках. Более позже она поняла, что комната, куда только что вошла женщина, принадлежала леди Шарп. И никаких сомнений не оставалось теперь, что призрак матери Томаса и Люсиль разгуливает по этому дому. В этот момент Шарлотта вспомнила слова своей золовки: “Она видит все, что происходит в этом доме.” Эти слова оказались не метафорой…
