Последнее, что ему было нужно в отряде - это два брата-близнеца
Последнее, что ему нужно было в отряде — это близнецы. Увешанные оружием по самые зубы, свихнувшиеся и красивые до одури близнецы. Чертовы полуэльфы с острыми ушами, светлыми космами до задницы и туманом в серых глазах. Тонкие, сильные и быстрые — они, может, и были лучшими разведчиками на всём полуострове, но вот дисциплина из-за них грозила полететь к такой-то матери. Ибо после месяца на голодном пайке в суровых условиях отсутствия женщин и выматывающего нервы противника, близнецы на его бойцов действовали что твоя тряпка на быка. И плевать, что на проклятой планете последних отродясь не водилось. Факт оставался фактом: если бы парни боялись его, своего командира, чуть меньше, или братья не умели постоять за себя, то были бы оттраханными по всем правилам одичавших и оголодавших мужиков. Но близнецы, надо отдать им должное, своим странным оружием и приемами рукопашного боя владели в совершенстве, в чем особо оголодавшие убедились в первый же вечер, получив по почкам, печени и мужскому хозяйству. Льорк уже было напрягся, но парни не подкачали, и к инстинктивному облизыванию глазами примешалась здоровая доля опасения и уважения. К тому же в боевых условиях эльфы оказались теми ещё бестиями, и за последний месяц число убитых врагов увеличилось раза в два, что только приближало час свободы. Ну и вопрос спермотоксикоза решился тоже как-то сам собой. Ибо блядями «приобретения» в конце концов оказались отменными. Хотя, справедливости ради надо отметить, что на этом поприще особо отличился младшенький, Хейс, обожающий секс и ничуть этого не скрывающий. Любовников он менял, как иные дамочки дома меняют перчатки, порхая из одной постели в другую, но никому ничего не обещая и даря только удовольствие и радость. Лёгкий в общении, с отменным чувством юмора и пониманием — он улыбкой освещал суровые солдатские будни и за одно это заслужил скупую любовь бывалых вояк. Иногда, глядя на то, как строит сукин сын кому-нибудь глазки или заслышав недвусмысленные стоны из близлежащих кустов, Льорк только кривился, проклиная собственный образ несгибаемого вояки, удовольствие которому может доставить только хороший бой. Его боялись и уважали, и обходили вниманием, чем делали жизнь невыносимее. Ибо смерть от спермотоксикоза грозила ему ничуть не меньше, и ночь с эльфом стала чуть ли не недостижимой мечтой.
Самой забавной была уверенность в том, что если он только намекнёт, то и эльф, и жаркие объятия ему будут обеспечены, но была у него одна большая-маленькая проблема. Он понятия не имел, кто из братьев ему нравится больше. Солнечный и лёгкий Хейс или обладатель тяжёлого взгляда и опасной улыбки его старший братец. Берн нравился многим и ничуть не меньше, чем Хейс, но вот похвастаться тем, что оказался с ним в одной постели могли не многие. Хейс позволял выбрать себя, Берн выбирал сам. И вроде похожи были как две капли воды, но никто никогда их не путал. Льорк тоже не путал. Он их хотел.
И неизвестно, сколько бы он так ходил вокруг да около, если бы однажды тёмной ночью, обходя посты, не наткнулся на залитую светом местной Луны полянку. Романтиком он отродясь не был, красоту природы оценивал исключительно с точки зрения возможной засады, но тут аж примерз к месту. Ибо кружащийся в каком-то своём эльфийском боевом танце Берн был одет в одни традиционные украшения и был возмутительно красив. Покрытое тонкой плёнкой пота тело немыслимо изгибалось, распущенные волосы разлетались от каждого движения, и одного этого хватило, чтобы Льорк почувствовал узость собственных брюк. А проклятый эльф словно и не замечал его напряженного взгляда. Льорк, поскрипев зубами, набрался сил и отступил назад, но тут же оказался в сильном захвате. Дёрнулся, и руки тут же ослабили давление, превратив в объятие.
— Хотите его, капитан? — Хейс. Этот медовый голос не узнать было невозможно. А вот ощущение прижавшегося к его спине тела было непривычным отсутствием одежды.
— Отпусти, — прошипел Льорк, отлично понимая, как будут глупо выглядеть его попытки освободиться. Его и не держали-то особенно, но выбираться из горячих рук ой как не хотелось. А то, что его почти поймали на «горячем»… Ну так он просто мимо проходил. И вообще, почему это члены вверенного ему отряда не спят в положенное время?
— Хотите, — Хейсу его внутренние сомнения были безразличны. Зато на сладкий яд он не скупился, лаская одним голосом.
— Хейс, — почти угрожающе прошипел Льорк и замер, чувствуя как шеи касаются припухшие губы. Припухшие? Ну да, сегодня Джокс счастливчик, а он, говорят, очень любит минеты.
