Голубое мерцание вокруг меня целиком исчезло. Я больше не фонил избыточной энергией: вся она, до последней капли, текла в титаническое кольцо. Пришлось сосредоточиться — помочь, подключить дар равновесия на полную.
Полупрозрачная фигура стала меркнуть.
— Больше не ошибайся, владыка тьмы и света. Со мной всё в порядке… увидимся, когда ты справишься.
— Спасибо, — хрипло сказал я уже сидя в пустой комнате. Мерцание маны вновь начало нарастать, и я попытался потянуться за пультом. Не смог. Тело не слушалось: структура организма разрушена экстремальной перегрузкой.
«Хозяин… если ты умираешь, то отпусти меня, я не хочу подыхать вместе с тобой…» — пронеслась жалобная мысль в пакте с фамильяра.
«Котик, я не умираю… вот ты подлая ящерица», — уставший, я не сразу понял, что это развлекается ехидная рептилия.
«Друзья прошлого хозяина наказывали непослушных питомцев», — уже констатировал сам Люмьер.
Фамильяры расслабились, поняв, что опасность миновала и начали выговариваться, всё же исполнив просьбу отключить аппарат. А я направил энергию на регенерацию и ненадолго прикрыл глаза.
Ядро Лиры… стало чем-то вроде внешней пристройки к кольцу. Контролировать в полной мере не мог, но… надо же. Я понимаю логику поступка, но не ожидал, что будет прок. Владеть двумя ядрами дара нельзя.
В дверь раздался настойчивый стук, включился внутренний коммуникатор.
— Осборн, помоги! Там пришёл какой-то человек! Он схватил папу — навязал ему пакт!
— У меня дежавю… и до чего извращена судьба.
Всё закручивается именно перед днём, когда я покидаю Псков.
Я с трудом встал, опираясь на подставившего голову увеличившегося ящера. Прихрамывая подошёл к столику, на котором оставил экстрамерное хранилище подальше от буйства магии и достал из него чёрную с серебром прямую трость. Надел маску и вышел на крик.
Правая рука Вики была выгнута в обратную сторону и заморожена. Бок тоже задели, и тёмно-серая рубашка пропиталась кровью. Кожа щеки потрескалась и кровоточила. И всё же она перепугалась из-за моего состояния.
— Всё в порядке. Вызывай лекарей себе, — я с кряхтением поднял руку и погладил её по плечу, а затем телепортировался по коридору прямо навстречу выскочившему из-за угла бойцу в доспехе.
Под истошный визг позади отбил летящий к шее меч тростью. Отколовшееся лезвие со звоном прокатилась по полу. Конец трости стукнул по груди и одарённый распластался на полу как сломанный голем.
На эфесе его меча я заметил плотно заклеенный герб и импульсом разрушения материи стёр полимерную ленту. Очень интересно… кажется, кто-то не внял демонстрации.
[Ранее, вечер 18 июня, поместье]
В поместье Корсаковых состоялась встреча с тайно вернувшимся в город Дмитрием Харитоновым. Мужчина выглядел жутко раздражённым.
— Голицын недоволен происходящим в Пскове. Вся фракция замедляется из-за вас.
— Нас? — вкрадчиво осведомился Георгий Корсаков.
— Да. Не убрали конкурентов, угробили отношения с Юсуповыми вместо минимального проникновения. Жуков и его ближайшее окружение живы, зато мёртв сговорчивый Казанский.
— Ну ещё бы он не был сговорчивым: вы его же и подослали. — фыркнул княжич Владимир, который пил крепкий кофе. — Старый воротила, кстати, всё ещё артачится.
Сам князь в подтверждение слов кивнул.
— К слову, позови Назарова прямо сейчас. Пусть займётся делом, — Георгий снова обратился к Харитонову. — Всё из-за демонов и Романова. Он говорил о зреющей опасности из Осколков. К тому же враги на западе не дремлют. А ты подписал кабальный договор.
— Да знаю я, — стиснул зубы блондин и ударил кулаком по столу. — Крысёныш единственный способный лечить от яда Кошмара Эвергрейдса. Я не мог оставить дочь умирать.
— И этот ублюдок всё ещё жив, — не поворачиваясь, произнесла Ольга. Княжна всё ещё носила чёрные одеяния и сидела в углу смотря на пламя в искусственном камине. Настоящему не место в помещении для важных переговоров.
— Не начинай, — приказал князь. — Покровский умрёт, когда это будет удобно.
— Не умрёт, — она посмотрела мужу в глаза. — Он медленно и мучительно сдохнет, смотря как подыхает его сестра, шлюха из Юсуповых и…
— Остановись. Сдохнет Покровский и его ближнее окружение: лишний шум нам ни к чему. Голицыны могущественный род, и они не любят самодеятельности членов фракции. Или хочешь войны с половиной Пскова?
— Сам говорил, что Романов не позволит, — вскинулась женщина.
— Ольга, прекрати, — процедил глава рода и вновь повернулся к гостю. — Мои извинения, смерть сына стала ударом для нас. Но с кабальным контрактом надо что-то делать.
— Юристы работают, но княжна Юсупова постаралась. Не удивительно, если она также надеется на спасение от Покровского. На поверку за напускной благодетелью оказался обычный граф, — Харитонов устало усмехнулся. — Но что-то мы зациклились на том, что не стоит столько внимания. Контроль подпольной составляющей, особенно чёрного рынка и восстановление связей со способными делать грязную работу в приоритете. Причём Петербуржец зайти не смог. Появился какой-то новый тип. Потом даже тела не нашли, насколько слышал.
