Пробежав два километра, я оказался ровно под нужной скалой средне-малого размера. От земли до неё всего метров двести, может даже чуть меньше. Когда-то я бы даже не заметил такой высоты. Сейчас же небольшой рывок означал ощутимую растрату резерва.
Я извлёк из кармана эль-кристалл. Гладкий серый камешек казался холодным и слегка пощипывал кожу. Магистр Габриэль в узком кругу всегда шутил: «Есть много запретных и вредных разделов магии. Но если немного, то можно». Правда, так он подшучивал над артефактом в моей груди.
Камень представлял собой концентрат энергии, которую можно зачерпнуть и влить прямо в резерв. Вот только осколки колец были частью меня и резонировали с даром, тогда как эта энергия дикая и раньше принадлежала монстру. Подходят для множества целей, вплоть до питания артефактов, а вот быстрое пополнение резерва без очистки чревато целым букетом побочных действий. Но у меня развитый дар, пусть угасший — от одного камешка ничего не будет.
Я пустил в него каплю маны — окутал его целиком, будто опутывая сетями, а затем потянул в себя. За спиной раскрылись чёрные крылья, по которым потекла сила созидания. Рывок!
Ветер засвистел в ушах — я пронзил туманную дымку, стелющуюся над лесом, как раз в момент, когда рваные облака закрыли луну. Надетая маска защищала лицо и помогала видеть в темноте.
Так, что-то я разогнался!
Я немного отклонил курс, чтобы пролететь прямо вдоль скалы. Острые зубья промелькнули недалеко от груди. Несмотря на все усилия, я в итоге врезался в выступ руками и повис на нём. Едва не протаранил…
— Не понимаю мух, которые раз за разом бьются о стекло… это очень больно, — проворчал я под нос и продолжил аккуратно работать крыльями. Убрал их лишь у самой поверхности, выглянув из-за невысокого железного заборчика. Такой, что можно было бы с удобством облокотиться и созерцать мир.
Тихо, тревоги не звучит. Передо мной несколько заросшее поле с открытой тренировочной площадкой и небольшим зданием поодаль. Скорее всего, технического назначения. По центру острова торчит скала, прямо в которой установлена широкая двустворчатая дверь.
— Ну… или у рода очень специфичные архитектурные вкусы фантастических дварфов, которые даже на небе вырыли себе пещеру. Либо я зашёл с заднего двора.
Осмотрелся с уровня забора. Пронаблюдал краем глаза, как стремительно начал рассеиваться туман и проскользнул по запущенному саду. Обогнул скалу, выйдя к поместью в удивительно старомодном стиле — каменная кладка, сравнительно небольшие окна. Два полноценных этажа, плюс мансарда под покатой крышей. Здание поставили у отвесной торчащей скалы, срастив с ней боковую стену.
Впрочем, я понимаю, почему тут не панорамные окна от пола до потолка. Они гораздо менее прочны, чем каменные стены, на которых виднелись следы повреждений.
Оставив дальнейшее изучение на будущее, забрался к приоткрытому окну мансарды. При этом всеми силами вглядывался в активность повреждённых контуров охранной системы. Вроде пронесло, безопасность дома столь слаба, что сюда забралась бы Вика.
Когда в дом аристократа может войти любопытная девчонка, пусть талантливая — значит у рода проблемы. Но как бы цинично это ни звучало, мне так удобнее.
Внутри обнаружилась комната отдыха с телевизором, небольшой библиотекой, пустым баром и диванами. Настоящий дровяной камин потушен, полки покрыты тонким слоем пыли.
Сосредоточившись, закрыл глаза и послал слабую сканирующую волну. Я уже внутри, системы безопасности не могут реагировать на каждый чих… людей в здании мало. В соседней комнате кто-то есть. Но явно не тот, кто мне нужен.
Выйдя за светлую дверь, быстро нашёл прочную деревянную лестницу и двинулся по коридору. К счастью, его застелили ковром: ведь «абсолютная тишина», как ни иронично, даже в максимальном режиме не может полностью глушить звук. Тем более, когда он исходит не от меня самого, а от топота по половицам.
А вот дверь, за которой чётко ощущаю слабеющую ауру. Разумеется, не заперта.
На большой кровати, скрючившись, лежал бледный мужчина. Выглядит лет на тридцать, но на самом деле должен быть младше. Светлые золотистые волосы спутаны, под глазами залегли синяки. Мана выходит хаотичными рывками и мерцает в полумраке комнаты, нарушаемом ночником, который подсвечивал коммуникатор, графин с водой и какие-то таблетки.
— Юноша, почему ты всё ещё жив? — спросил я сам у пустоты и вздохнул.
Пора готовиться к экспериментам с магией, причём на заёмной силе. Чёрный камешек содержал ещё много плотной энергии, её должно хватить на поддержание техники.
Я извлёк из сумки мю-кристалл и положил его на тумбу рядом. Скинул сумку, снял маску, а после расстегнул камзол и рубашку. На груди выступал узор из сплетённой четырёхлучевой звезды. Отражение вплетённого Духовного Сердца.
Каждый раз как смотрю на узор, понимаю что я псих-экспериментатор, который ни перед чем не остановится, пока это вредит лишь ему самому. Расслабившись перед испытанием мастерства, я ненадолго отдался воспоминаниям.
