— Кира. Ты… — оказавшись на ногах, от неожиданности я вскрикнула. Захаров крепко держал меня за плечи и сверлил тяжёлым потемневшим взглядом. — Как только я думаю, что понял тебя, ты снова удивляешь.
— Хочу быть с тобой. Чтобы ты был моим, — отступая, я вела мужчину в душевую.
Мужчина оказался за прозрачной перегородкой и повернулся ко мне спиной. Вода стекала по его коже, обрисовывая каждую мышцу. Скинув ненужные тряпки, я вошла следом и благоговейно скользнула ладонями от широко расставленных лопаток вниз, к пояснице и ягодицам. Прижавшись лбом к его позвоночнику, я ощутила его глухое рычание.
— Как же мне тебя не хватало.
— Не смей больше убегать. Это сводит с ума.
— Не буду.
— Обещаешь? — развернувшись, двуликий обхватил моё лицо и заставил смотреть ему в глаза.
— Да, — привстав на носочки, я коснулась губами его подбородка. — Хочу спать с тобой по ночам и просыпаться каждое утро.
— У нас принято быть вместе навсегда, — горячие ладони оглаживали моё тело, смывая пыль.
— Моногамия?
— Даже думать не смей, — зарычал он угрожающе, но я лишь улыбнулась, поворачиваясь к нему спиной и подставляя под талантливые пальцы грудь.
— Только ты… — я потёрлась о его член поясницей и запрокинула голову, успевая заметить, как мужчина закусывает губу. — Пойдём в постель, милый. Ты мне там объяснишь, о чём мне не стоит думать.
— Милый?
Воспользовавшись его секундным замешательством, я выскочила из кабинки и взвизгнула, когда, низко рыкнув, Захаров шагнул следом. Точно зная, что он не причинит вреда, всё же с бешено колотящимся сердцем я забежала в комнату и запрыгнула на кровать.
— Сдаюсь! — пискнула я и была повалена на спину. Дамир нависал надо мной, шумно дыша. — Какой же ты красивый.
— Чего? — он казался сбитым с толку.
— Ты весь красивый, — решилась его добить. — Мне нравится твоё лицо, руки… — подушечками пальцев я очертила его приоткрывшиеся губы, — у тебя роскошное тело и шикарный… Мне никогда не было так хорошо, никто с тобой не сравнится…
— Лиса, — простонал он мучительно.
— Не обижай меня, Дар, — доверчиво шепнула я. — Всегда буду верной тебе, не обману…
— Никому не позволю сделать тебе больно, — вторил он, обдавая меня жарким дыханием. — Не пожалеешь, что выбрала меня.
Он забросил мои лодыжки себе на плечи и двинул бёдрами, погружаясь в меня, заставляя царапать его кожу и вскрикивать от сумашедших ошущений. Я не смела закрыть глаза и заворожёно всматривалась в искажённое страстью лицо двуликого. Неподражаемый, сильный, горячий… Меня опрокинуло, выгнуло, распластало. Мир сузился до бьющейся жилки на шее Дамира, грохота его сердца. Захлёбываясь восторгом, я что-то кричала, рычала. Захаров уткнулся в изгиб моей шеи и плеча и прикусил кожу, запуская новую волну удовольствия.
Обняв его, зарывшись пальцами во влажные волосы, я тихо всхлипнула, очень отчётливо поняв, что он со мной очень надолго и умереть ему не позволю. Стану пищей, позволю жрать себя, но не отпущу. Не отдам смерти.
— Девочка? Ну, что ты? — мужчина ласково целовал мои веки.
— Я не хочу, чтобы ты забыл, каким был сейчас.
— Тебя не забуду, — пообещал он.
— И я тебя, — встретив губами его рот, я ответила на мягкий поцелуй. В нём было столько тепла…
Впервые я поверила, что у нас есть реальное будущее. Возможно, оно не включает детей и качели на дереве, но мы действительно можем быть счастливы. Я всегда умела мечтать.
— Моя лисичка, — Дамир завернул меня в одеяло и прижал к себе.
— Твоя… — пробормотав, я притиснулась к нему плотнее. Спорить не хотелось, да и двуликий вкладывал в свои слова совсем иной смысл, не тот, что меня пугал.
В горячих объятьях было спокойно. Мерное дыхание за спиной казалось уютным.
— Дом, — одними губами произнесла я, закрывая глаза. Именно таким я его себе и представляла.
Я нашла её пару лет спустя после, после освобождения от господина, в крохотном дворике принадлежащем уже мёртвому клану, у старого высохшего дерева. Измождённая, с тонкими ключицами видимыми в вороте распахнувшегося халата, с длинными спутанными рыжеватыми волосами, заплетенными в небрежную косу — она совсем не была похожа на женщину, которую я помнила.
— Мама? — позвала я и содрогнулась от затравленного взгляда тёмно карих глаз. Женщина змеёй метнулась, огибая узловатый ствол, и выглянула из-за него.
— Нет.
— Это я…
— Нет, — повторила она и резко мотнула головой. — Не ма… ма.
— Ты не узнаёшь меня? — я вынула шпильку распуская узел волос и шагнула к двуликой, разводя в стороны руки. — Я твоя дочь…
Неожиданно женщина выпрыгнула из укрытия и бросилась вперёд. Опрокинув меня на спину, она нависла сверху и наверняка бы располосовала мне лицо до костей, если бы я не успела прикрыться руками.
— У меня нет дочери! Нет! — она безумно оскалилась, демонстрируя кривые зубы. Такие могли появиться, если их ломали множество раз подряд и когда они не успевали вырасти — выбивали вновь.
