Она закивала, с опаской поглядывая в сторону стонущего парня. Серый тоже смотрел, спокойно и нейтрально. Оценивающе. Подождал, пока тот поднимется и на неверных, пошатывающихся ногах выйдет из кабинки, и снова врезал так, что парень покатился по полу.
— Я что сказал?! — прошипел Серый. — Отец ждет. На тебя, гнида, надеется. А ты что?
Пара пинков в живот и под зад заставили Михая свернуться в позе эмбриона. Серый не хотел убивать. Вернее, хотел, очень хотел, но пока не стал. Отец этого ублюдка — ценный человек. Пока Иванченко его не выдоит до конца, парень будет жить. Если, конечно, выучит урок и будет вести себя хорошо.
В наказании был еще один резон. Серому было интересно, как Инна себя поведет в этой ситуации и среагирует на избиение.
Он понимал, у этих двоих были отношения. Только вот какие? Насколько близкие? И насколько давние? Кинется защищать того, кто еще недавно рвал на ней одежду? Сопли будет утирать? Нет, не кинулась. Стоит, кусает губы, смотрит опасливо. Не на него, а на депутатского сынка.
Да, Инна не боялась киллера. Больше не боялась. Знала, что ей не причинят зла. В сердце вспыхнула радость, что он тут, а еще удивление — как же это? Вовремя так. Успел, защитил.
— Спасибо, — сказала она. — Если бы не вы…
— Ты тут жопой крутишь перед парнями, — вдруг не выдержал, сорвался Серый. — Решила, что взрослая уже?! Шагом марш домой, в кроватку. Время уже не детское.
А сам подумал, что тоже не прочь в кроватку. Вместе с ней. Только вот… А, черт. Надо бабу найти, прав Иванченко. Нервы ни к черту, когда твой… думает за тебя.
Инна подобрала телефон и вставила батарею. Нажала — вроде еще живой. Запиликал. Только задняя крышка отваливается. Скотчем заклеить можно. Серый увидел, хмыкнул, но ничего не сказал.
Пнув напоследок несостоявшегося насильника, он открыл перед девушкой дверь. Инна вышла, он следом. Незнакомая девушка, которая хотела войти в туалет, удивленно на них воззрилась. Серый сказал:
— Вызовите скорую. Там человеку плохо.
Из мужского туалета вдруг вышел Егор. Инна ахнула. Так он был рядом! Вот почему он не увидел, что Михай за ней собрался! Наверняка брат был уверен, что она в баре, и со спокойной душой отошел по нужде. Ведь за пять минут ничего страшного не произойдет. Но за это время могло случиться непоправимое.
— Иди к брату, — велел тихо Серый.
Он прогулялся до поста охраны и переговорил там с парнями. Мало ли что этот молодой да борзый ублюдок выдумает. Думает не головой, а… С него станется полицию вызвать. В общем, Серый не хотел, чтобы парень начальству отдых испортил.
Серый дождался, когда Егор с Инной уедут. Проводил их взглядом и отозвал депутата в сторону. Там сказал позаботиться о сыне, которого он "спас от неприятностей".
— Сынок депутата вляпался в историю, — доложил он начальству. — Я на минутку.
Иванченко насторожился, но кивнул: ступай, мол. Потом расскажешь. Морошану метнулся в холл, на проходную, потом на улицу. Там застал своего парня, когда его грузили на носилках в скорую. Михай хотел пожаловаться на жизнь и осекся, разглядев стоящего за спиной отца человека. Серый улыбался и молчал.
"Ты только повод дай", — без слов говорил весь его вид. Пожалуется папочке — огребет. Депутат попросил извиниться перед Иванченко и сказал, что едет в городскую больницу с сыном.
— Хорошо, передам.
Серый вернулся и рассказал все почти без утайки. То есть что сынок депутата чуть не снасильничал девушку в туалете. Умолчал лишь о том, что они с той самой девушкой были знакомы.
— Вот как! — хмыкнул босс и даже похвалил за инициативу. — Повезло девке. Ты с нее весь вечер глаз не сводишь. Заметил, что не так. И этому… депутату… повезло. Иначе парень бы попал.
Оба отлично знали, как поступают с насильниками на зоне. Смазливый парень. Мигом опустят, сделают "девочкой". Если, конечно, влиятельный папаша от тюрьмы не отмажет. С такими-то связями!
Тем не менее Иванченко сделал себе мысленную зарубку покопаться в прошлом парня. Может, чего на компромат нароет. Странные у него вкусы, однако. Еще тридцати нет, а такое творит! Хозяин города такого беспредела не понимал и предпочитал страсть по взаимному согласию, желательно, не продажную. Хотя вот и шлюхи иногда тоже любят. Знал случаи.
Серый сидел с невозмутимым лицом, а сам тоскливо думал: ну вот, опять двадцать пять. Еще и враньё. Не любил он этого, особенно с начальством.
Егор, конечно, каялся и чуть не рвал на себе волосы, что не увез Инну сразу. С другой стороны, теперь подонок вряд ли к девушке сунется. А так бы узнал, где ее дом, и житья не дал.
— Ночуй сегодня у меня, — предложила Инна. — Я боюсь.
— Эх, ты…
Спал на полу, на ковре. Инна постелила простыни и дала запасное одеяло. Лора притулилась сбоку и сучила во сне лапами, мешая брату спать, но он был не против. Только переворачивал собаку на другой бок и дальше дрых. Зато девушке не спалось.
