Инна думала, что Сергей опять… Ну, она не знала, как часто мужчинам надо. Но она сейчас не хотела. Полежать бы просто, и все. Мужчина посмотрел, посмотрел на нее, хмыкнул и просто уложил как есть, не раздевая, поверх одеяла. Ушел, вернулся с пледом.
Да, Серый передумал. Решил просто поваляться с девчонкой до вечера, пока не пойдут на шашлыки. Инна пристроилась рядом, прижалась и задремала. Серый оберегал ее покой. Он снова и снова прокручивал сцену у входа. Вот сосед назвал фамилию подполковника… вот девчонка замерла и напряглась… А ведь знакомая фамилия! Он тихо выбрался из объятий Инны, укрыл ее и пошел во двор к машине. В салоне был его лэптоп.
Дома он подождал, пока техника прогреется, и запустил компьютер. Досье на Инну было там. Точно! Родители девушки погибли в ДТП, виновником которого стал ее непутевый папаша. Нажрался в хлам и въехал в ведомственную "волгу", за рулем которой был подполковник Мелехин Петр Иванович. Все кристально ясно в этой истории, но что-то у Серого упорно не срасталось. Опять подавала сигналы тревоги его проклятая "чуйка".
— Алло! — набрал он Гринева. — Привет, как дела? Ага… ага… Хорошо. Ты можешь пробить одно дело мне? ДТП, я перешлю файл. Ну, чем скорей, тем лучше. Еще пару дней тут. Природа? Супер, а вы там в городе тухнете. Ладно. Ну, бывай.
Нагрузил начальника службы безопасности и подумал: а нафига? Но любопытство мучило. Пока не раскопает все, не успокоится. Ему хотелось ясности во всем, что касалось Инны Ветошко.
Виновница переполоха сопела под пледом. Только макушка виднелась и нос. Шерсть защекотала, наверное, и она забавно поморщилась, но не проснулась. Глаза двигались под веками, словно она видела сон. Рука дернулась, потом нога. Бежит, идет?
— М-м…
— Что? — машинально спросил он, словно девушка могла услышать.
— Сергей, — пробормотала она во сне.
А снилось ей странное. Бежали, стреляли. Почему-то война, как в сорок первом. Бабушка рассказывала. Она — дитя войны, помнила все это. Куда-то везут вагоны, полные жирного чернозема. Кто-то смеется и разговаривает не по-русски. "Розамунду" поют. Лора мечется и грызется с другими собаками ради заплесневелой корки хлеба.
Инна — маленькая, как в детстве, года четыре, не больше. В точности такая, как в садике, откуда ее забрала баба Аля. Вот она стоит за оградкой, улыбается грустно. Почему-то она совсем молодая, ни единой морщинки. Платье длинное, серое, домотканое с передником. Платок повязан, как у бабок в деревнях.
— Поди сюда, Инна, — говорит бабушка. — Что скажу.
Она сейчас скажет, что папы и мамы нет, они уехали. И что девочка немного поживет с бабушкой. Инна на деревянных ногах идет вперед и протягивает руку.
— Не жалей любви, Инна. Не жалей.
Лора тоже подбегает и ластится к женщине, знает, что это близкий человек, член семьи.
— И ты иди, горемычная. Вот за ним иди.
И снова Инна одна, бабушки больше нет. Только Сергей. Он в военной форме, только почему-то современной. Инна понимает, он обязательно выведет ее из этого страшного места и защитит от злых людей. Он их всех убьет?
Девочка доверчиво протягивает свою ладошку.
Инна проснулась и увидела сидящего рядом Сергея. Все еще не различая, где кончается сон и начинается явь, она потянулась к нему руками и губами. Мужчина поцеловал ее.
— Ты куда уходил?
— Да так, — он уже стягивал с нее свитер. — Иди сюда.
Как будто она куда-то уходила. Вот же она, тут, рядом. И он. Сергей раздевался, скидывал одежду где попало. И ее раздевал. Кожа к коже, и никаких больше преград. Как же сладко.
— А я сон видела, — призналась она, как будто тайну поведала.
— Знаю, — усмехнулся он.
— Правда? — удивилась она, откуда.
— Скажешь… я там был? — пробормотал он, перемежая это дело с поцелуями.
Щетина колола нежную кожу. Он за день совсем оброс.
— Был.
И сейчас есть. В ней, с ней.
Три часа пролетели как миг! Уже почти семь. Наверное, там уже все собрались. Там — это на даче подполковника.
Инна не хотела никуда идти, но надо. Почему надо и кто это сказал? Бог весть. Сходить туда для очистки совести. Лучше сделать, чем не сделать и жалеть об этом.
Нет, она врала самой себе. Просто ей хотелось остаться в постели с Сергеем. Такие дела. Еще несколько минут назад он налетел, как шторм, и заполнил собой все. С чего бы это? Баня, что ли, виновата? Девушка покосилась на мужчину:
— Сергей!
— Что?
Она устроилась поудобнее в его объятиях и сказала:
— Идем?
— Идем.
Он хотел это видеть. За ней вообще было интересно наблюдать. Не потому, что хотел, чтобы девчонка мучилась. Нет! Просто Серый понял, что Инна ничего ему сама не расскажет, и хотя бы так пытался понять, что происходит у нее в голове. Задала она ему задачку. Но он любил такие ребусы.
— Ничего не забыла?
— Нет.
— Шарф?
— Да, точно! — девушка повязала шарф.
— Куртку эту снимай, — подумав, решил он. — Мою запасную наденешь.
Все-таки несколько часов на морозе. Осенняя курточка не подходит. Инна просто утонула в мужской куртке, которая оказалась ей до колен. Рукава подвернула: пальто! Отлично все. Да иду уже, иду… Сергей стоит в дверях, смотрит, молча сигнализирует, что она опять копается.
