Оглянувшись, Дарбинян снова уставился на парня. Тот тоже услышал Катин голос и смотрел то на Дарбиняна, то на «ситроен» за его спиной.
Внимательный читатель давно понял, что речь идет о молодом бандите Филарете, с которым мы расстались некоторое время назад, когда у него возникли разногласия с двумя братками, присланными ему на подмогу. Что касается этой парочки, то оба в настоящий момент скрывались за открытым багажником своей машины, умываясь из пятилитровой бутыли и оттирая кровавые пятна со своих медицинских курток.
Давно уже Филарет не дрался с таким остервенением. Сказалось и выпитое, и смерть товарища. Филарет словно с цепи сорвался, он отметелил Цыпу и Родригеса до такой степени, что пришлось приводить их чувство. Причем, в нокаут каждый отправился довольно быстро, всего после двух-трех прицельных ударов. Тут было чем гордиться, и Филарет был вполне доволен собой…
Пока не сообразил, что сестра Андрея Разина, с которой он говорит по телефону, уже подъехала к больнице. Это был не просто запоротый бок, а «бочина», как выражались в криминальных кругах. Катя пока что не просекла, что к чему, а ее спутник — носатый ботаник в карикатурно-больших очках — пялился на Филимона с ежесекундно усиливающимся подозрением в глазах под отблескивающими стеклышками.
Филарет бросил взгляд в сторону машины напарников и понял, что дожидаться их бесполезно. Пока сообразят, что к чему, пока добегут, Кати Разиной и след простынет. Своим приближением они лишь спугнут девчонку и ее очкарика. Действовать нужно было самостоятельно, беря на себя всю ответственность, но зато и все причитающиеся лавры победителя.
— Так это она? — спросил Филарет, указывая на Катю в машине. — Наконец-то. А то вас уже заждались.
Обращался он к Сереже Дарбиняну, телефон уже спрятал, освобождая тем самым обе руки, а рот держал в улыбчивом, приветливом состоянии.
Не сбрасывая улыбчивой маски с лица, Филарет продвинулся вперед на метр или полтора. Теперь его и Дарбиняна разделяло всего каких-то два прыжка.
— Так это вы мне звонили? — спросила Катя, опустив боковое стекло машины до конца.
В наступившей тишине было слышно, как урчит двигатель «ситроена», который Дарбинян не заглушил, чтобы работал кондиционер, включенный для Кати.
— Я, — подтвердил Филарет, скалясь, как ненормальный.
Костяшки его пальцев, держащих телефон, были содраны до крови. На левой брови алела свежая ссадина, оставленная чужим кулаком.
— Сергей! — позвала Катя. — Поехали отсюда!
Живя с родителями, она была вынуждена смотреть во время ужинов детективные сериалы, и там часто обыгрывались подобные ситуации. Как же она сразу не сообразила?! Ее заманили в западню, прикрываясь именем брата. Откуда этот драчун знает ее номер? Если из телефона Андрея, то почему же им не воспользовался? Он абсолютно не похож на врача или санитара, зато сильно смахивает на бандита. Ободранные кулаки, татуировка, взгляд, рваная майка на накачанном торсе…
— Минутку, — сказал он, подступая еще ближе. — А как же Андрей? Он вас ждет, Екатерина Валерьевна. Он, можно сказать, при смерти.
Все эти речи вкупе со внешностью Филарета производили совершенно дикое впечатление.
Дарбинян, не колеблясь, собирался обогнуть «ситроен» и сесть за руль, когда, отшвырнув его на кирпичную стену, Филарет ринулся к Кате и схватил ее за метелку волос. Девушка завизжала.
Дарбинян выхватил из нагрудного кармана свою верную расческу и вогнал металлический шип в поясницу Филарета. Катя продолжала вопить, поэтому он повторил удар дважды, пырнув противника в незащищенный бок, а потом умудрившись втиснуть острие между ребрами.
Зубы Филарета стали красными, из углов его рта потекли струйки крови. Не понимая, что он фактически мертв, он отпустил Катю и схватил Дарбиняна, удерживая его вооруженную руку.
Девушка крикнула еще раз, по инерции. После этого она замолчала, потому что зрелище, представшее перед ее взором, было слишком ошеломляющим. Из глубины больничного двора к ним бежали двое молодых мужчин с короткими автоматами, похожими на настоящие. На них были медицинские халаты, заляпанные кровью, но никто бы не принял их за врачей, только что закончивших операцию.
— Не шмаляйте! — крикнул Филарет одновременно с первой очередью, выпущенной в его сторону.
«Ситроен» несколько вздрогнул, как будто по нему быстро и часто постучали молотком. Катя увидела, как вокруг Сережиной головы расцвел розовый нимб, весь состоящий из мелких капель, образующих что-то вроде пара. Майка его противника обзавелась дырками на спине, из которых ударили роднички почти черной крови. Они оба начали падать, все еще продолжая заслонять машину от приближающихся автоматчиков.
Порвав платье о какой-то рычаг, Катя пересела за руль, сняла «ситроен» с тормоза и газанула так, что ощутила запах горелой резины. Один бандит опустился на колено, целясь ей вслед, второй остановился над упавшими и принялся расстреливать их из своего игрушечного автоматика.
Потом их изображения в зеркале заднего вида пропали.
