– Как это ее могли вычислить? – Я поднял брови. – Вы, кажется, не собирались пользоваться ее силой.
– Да вот, обстоятельства… – Он пожал плечами. – Например, один раз Илла спасла раненого элитора от охотника – уболтала его не брать грех на душу. Вместо благодарности, конечно – попытка убить… Не будь он раненым, сбежать было бы не так просто.
За болтовней мы не заметили, как дошли до дома… точнее, до фундамента с начатыми кирпичными стенами и печкой. Перед домом раскинулся крохотный прудик, у которого в траве сидела Чиллана. За спиной распахнуты два алых кожаных крыла, туда-сюда покачивается длинный хвост, рыжие волосы, огибая ребристые, изогнутые рога, волнами спадают по округлым плечам на грудь… Мне вначале показалось, что она голая, и я успел смутился, но нет. Тело покрывало тонкое, прозрачное платье, видимое только по блесткам и складкам. У кначетов нет такого щепетильного отношения к телу, и можно было бы не краснеть, но, учитывая, что последние восемь лет я жил среди людей, где показаться обнаженным – стыдно, я не мог относиться к этому равнодушно.
Шэйс, заметив мою реакцию, хохотнул, хлопнул по спине:
– Вы пообщайтесь, я пока делом займусь, скоро подойду к вам.
Илла услышала его голос, подняла голову, радостно улыбнулась:
– Сильлечойн! Как ты вырос!
Морочке даже не нужно было прилагать усилия, чтобы вызывать восхищение.
– Да… – Я, старательно глядя ей в глаза, подошел, сел рядом. – Я хотел спросить совета.
– Сразу к делу, – удивилась кначетка, выпрямилась. – Хорошо.
Достав из
– Так вышло, что кначет ушел в Олокуз, а его дитя осталось здесь. И я не знаю, что с ним делать.
Илла трепетно коснулась скорлупы, нежно погладила.
– Кто это?
– Ятор.
– Он скоро вылупится. Может, еще месяц… – Она взглянула на меня. – Я бы предложила оставить его у меня, но… Ятор-кначет выше уровнем, чем мороки. Я боюсь, что не смогу с ним справиться.
Я вздохнул, провел пальцами по поверхности холодной воды, такой мокрой и недружелюбной…
– Силь… – Кначетка коснулась моих волос, зарылась в них пальцами. – Помнишь, как мы впервые встретились? Шэйс понял, что я морочка, и бросил меня одну. И ты был тем, кто объяснил ему, что кначеты не плохие. Ты был тем, кто объяснил мне, что чтобы быть рядом с человеком, я должна доверять ему и быть откровенной. – Перед моими глазами мелькали давние воспоминания, поблекшие от времени. – Теперь моя очередь говорить это тебе. Доверяй людям. Расскажи своим спутникам о яйце. Объясни, как сильно для тебя важно сохранить его в живых. Объясни, что, если кначета воспитать, он не будет убивать людей. Используй любые доводы, какие придут тебе в голову, я знаю, ты умеешь убеждать. Бить врага его же оружием – умно, иметь рядом ручного кначета – полезно, его можно засылать в ряды противника… Главное, быть честным и откровенным до последнего слова.
Это звучит так страшно. Чувствовала ли она тогда то же самое?.. Должно быть, да. Если у меня на кону стоит только цель – у нее стояла жизнь. Шэйс мог предать ее, заманить в ловушку к элиторам. И все же она смогла довериться ему.
– А что, если они не согласятся?
– А что, если?.. – хмыкнула морочка. – Силь, доверие, помнишь? Нет никаких «если». Нужно просто доверять.
– Страшно, – признался я.
– Да, – согласилась Илла, – но если они хорошие люди, то все получится. Доверять – это счастье. Лучшее чувство, которое я испытывала.
Я плюхнулся спиной на траву, глядя в облака. Как-то лицемерно получается, да? Если я не могу воплощать в жизнь свои же советы. Тогда я полностью верил в то, что говорил. Если абстрагироваться от личной ситуации, мне кажется, что это верно и сейчас. Если начинать мир между людьми, то с чего, как не с собственного примера? Если у меня получится… А если нет? Сомнения, сомнения…
Морочка поднялась, демонстрируя стройные ноги, ягодицы… Я поспешно отвел взгляд, слушая ее серьезный голос:
– Но ты, конечно, можешь оставить его у нас. Мы с Шэйсом позаботимся о нем.
– У него бы хоть спросила, – хмыкнул я, изо всех сил разглядывая облака.
– Он согласится, – улыбнулась она. – Я его знаю. Пойдем. – Она изящно поманила рукой, скользящей походкой направилась к стройке, – хочу тебе кое-что показать.
Мне ничего не оставалось, как послушаться. Глядя, как босые ноги утопают в траве, я в очередной раз позавидовал кначетской физиологии. Ей что шишки, что битое стекло – все равно, по чему ходить. Поднявшись по каменным ступенькам, мы подошли к печке… Вместо дров в своеобразном гнезде из магических кристаллов лежало золотое яйцо, как будто усыпанное блестками.
– Это… Как?.. От Шэйса?! Как?! Насколько мне известно, яйца появляются в венах магической энергии планеты, и…
Кначетка рассмеялась, и я замолчал.
