– Ты уже забыл, что значит «повлиять» без вашего элиторского подтекста?
Ах да. Я смутился, но старался выглядеть спокойным.
– Не забыл. Ну и как ты собираешься на него повлиять?
– Как угодно, – кначет обворожительно улыбнулся, – могу приказать ему это сделать под угрозой убийства его семьи, например.
– Ага. – Я скептически поднял бровь. – И теперь он будет знать, что я связан с тобой.
– Конечно же, – Кантэзо изобразил, что уязвлен, – я позабочусь о том, чтобы он ничего и никому не сообщил. И, если он попытается, я убью его. Будет выглядеть как смерть от естественных причин или несчастный случай.
Что еще от него ожидать… Я грубо отрезал:
– Я не хочу, чтобы кто-то умирал.
– Хорошо. – Он снова равнодушно пожал плечами. – Я могу попросить, например, Бораса, чтобы он приказал Совету отправить тебя работать одного. Нелаю не откажут, а он не откажет мне, потому что поверит, что нам обоим выгодно тебя убить – а в одиночку, по его мнению, ты, конечно же, умрешь. Будет выглядеть как взаимовыгодное сотрудничество, он ничего не заподозрит.
Как гладко стелет, а… Так и подмывает согласиться.
– Крой не позволит нас разлучить. Он тоже решит, что это буквально смертный приговор для меня.
– Позволит, если не будет знать, что это Борас. Он не может не подчиниться Совету.
Я покачал головой.
– Так или иначе мне не нравится это.
– Почему?
И чего он такой пытливый?
– А должна быть причина? Не нравится, и все.
– Ты к ним привязался, – заметил Кантэзо. – Это уже мешает тебе, и будет мешать еще больше. Для вас всех будет лучше, если вы разделитесь. Пока твое присутствие в команде причиняет вам только страдания.
Опять звучит так, как будто это моя вина. Я резко бросил:
– Да будто тебе не плевать на наши страдания.
Жаль, я не могу сказать это таким же тоном, как Крой тогда. «Тебе нет дела до его имени».
– На твои – не плевать.
Его интонация изменилась. Не помню, чтобы раньше слышал от него эти нотки… Он как будто сам удивлен этому факту…
Ах да. Мой дар. Что, если благодаря ему Кантэзо, как и многие другие кначеты, все-таки на моей стороне?.. Просто он мудак и ведет себя как мудак. Что, если он искренне не хочет причинять мне вред и желает помочь?..
Ага, он и добивается, чтобы я так подумал. Я не могу ему верить. Я видел, что он может делать с людьми одними словами. Я не должен его слушать и поддаваться. Пока я не отдаю приказов, у кначетов остается свобода выбора, так что он полностью контролирует то, что делает.
Я развернулся и пошел назад, в номер. По крайней мере, когда я рядом с элиторами, Кантэзо меня не достает.
– Я уже превратился в снеговика, – пробурчал Верло, проталкивая ноги через сугробы выше колена. – Зачем цэрпу понадобилось так заваливать город?
Крыши, козырьки и рельеф домов, деревья – все в снегу. Все такое белое, безмятежное… Большие снежинки долго кружат в воздухе, прежде чем приземлиться. Людей нет – в такую погоду не работают все заведения, ориентированные на гостей. Никто просто не сможет до них добраться. Мы как будто одни во всем городе. Я улыбнулся, наслаждаясь видами:
– Красиво же.
– Эстет, – проворчал парень. – Вон там еще лавка лекаря.
Я проследил за его рукой. Скрипя, качалась вывеска с лекарственными травами. Какая это уже по счету, пятая, кажется?.. Может, хоть здесь повезет. Крой, как менее уставший, первым дошел до двери и громко постучал. Я оперся о забор, доходивший мне до груди, Верло присел на занесенную снегом бочку. Мы пытались хоть чуть-чуть восстановить силы, раз выдалась передышка.
Дверь чуть приоткрылась – и застряла в снегу. В щели появились впавшие глаза, седая длинная борода, испещренное морщинами лицо. Подозрительный голос скрипел:
– Чегось нужно господам элиторам в такой час?
Верло тоскливо протянул, глядя в затянутое низкими облаками небо:
– Под крышу.
– Ишь чего захотел! – Во взгляде лекаря сверкнуло настоящее возмущение. – С вас такое озеро натечет, а убирать – мне?
Кэллит направил разговор в деловое русло:
– Нам нужно знать, не пропадали ли у вас кристаллы с энергией.
– Пропадали, пропадали, – старик воодушевился, закивал, – я к полиции-то обратился, а они – олухи, каких свет не видывал! – сказали, что будут работать, прогнали, а сами – не шиша! Вы представляете? Вот, вот как государство нас бережет! Им плевать, пропадает чего-то у бедных людей, не пропадает… Налоги-то мы платим, а что нам? А ничего! А вы хоть знаете, сколько кристалл стоит? Знаете?!
Поняв, что дед сам не заткнется, Крой перебил:
– Когда кристаллы пропали? Каким образом?
– Дайте-ка подумать… – Лекарь почесал бороду. – Хм… В последний раз я проводил инвентаризацию в прошедшее воскресеньице, да… И все было на месте. А потом ко мне пришли за кристаллом – а нетусь! Пропал! Когдась это было-то?.. В среду, да, точно, в среду, тогда еще как обычно приходит дочь купца напротив, покупать отцу лекарство от…
Верло раздраженно хлопнул по коленям, сметая успевший покрыть их снег:
– Цэрп бы не стал столько ждать! Снегопад начался только в субботу.
Звучит, логично, но… Я покачал головой:
– Ты не знаешь его мотивов.
