– Работали, – коротко отозвался тот и до самого Владимира не проронил ни слова, но спустя пару часов молчания наконец начал объяснять: – План простой. Немного переодевания, немного огня и дело сделано.
– Анна все еще в клинике? – уточнил я.
– Да. Ее попросту некуда больше девать. Я проверил все переводы и думаю, что при таких расходах нет больше клиник, где ее могли бы содержать.
– Так ты не уверен? – вскричал я.
– Уверен, не бесись ты, – отмахнулся от меня Павел.
Эд отвез нас на территорию обширной промышленной зоны, где стояли гаражи и какие-то мелкие производства. Вывесок почти что не было, за исключением указателя об аренде на въезде в комплекс.
– За нами никто не следил, я уверен, – произнес он, заметив, как нервно осматривается Павел.
– Они могут быть дальше, чем ты думаешь.
– Параноик, – с легкой усмешкой добавил Эд.
Не ответив, Трубецкой вошел в гараж, где в свете тускловатых лампочек расположилась огромная пожарная машина. Поистине огромная – она больше походила на пятидесятиместный автобус и имела пристойную высоту метра в три с половиной. Огромный бак с водой занимал большую часть корпуса.
– Зачем это? – полюбопытствовал я.
– Мы всего лишь в километре от клиники, – начал объясняться Павел. – Сейчас переодеваемся. Примерно через тридцать минут будет сигнал о возгорании. Мы должны прибыть первыми. Заходим, проверяем, вытаскиваем Анну под предлогом эвакуации и меняем машину, – он показал на легковушку позади пожарной машины. – Затем возвращаемся втроем в твое поместье. Эд остается в городе. Вопросы?
Конечно же, тут не было никаких вопросов. Я втиснулся в костюм пожарного и влез в машину, взяв с собой шлем и толстые перчатки. Как и обещал Трубецкой, вскоре в машине раздался сигнал.
– А как же… – я хотел спросить, что тут за система, но Эд рванул с места и многотонное чудище вырвалось из гаража.
Горе тому, кто посмел бы остановить нас или помешать нам. Сколько литров топлива сжирал каждую минуту ревущий движок внутри этой махины – знали только инженеры, что спроектировали его. Мчались мы лихо – сигнал пожарной машины разгонял всех к тротуарам.
Поэтому меньше, чем через пять минут мы оказались напротив клиники. Из окна первого этажа валил густой дым.
– Шлемы! – скомандовал Павел и мы тут же выскочили наружу.
В здании уже царила паника. Дыма оказалось предостаточно. Я рванулся по знакомому коридору и пропустил бегущего вниз охранника, который вел какого-то парня в белом медицинском халате.
Двигаться было жутко неудобно: костюм оказался плотным, а ранец за спиной -слишком тяжелый. Павел шел за мной до самой двери. Более привычный к нагрузкам, он без особого труда вынес дверь, а потом размашисто вломил парню, что уже почти переодел Анну из больничного халата в повседневное платье.
Тот оказался живчиком, но Трубецкой легко наподдал ему еще разок. Я в это время приблизился к принцессе и стащил шлем:
– Это же я, – улыбнулся и схватил ее за руку. – Быстрее, пошли отсюда, мы тебя спасем.
– Я… я не пойду! – Анна вырвалась.
– Почему?
– Так, нет у нас времени на эти глупости! – Павел подскочил к нам, в руке у него был сжат баллончик: – Прощения просим, – и он прыснул ей прямо в лицо.
Анна зажмурилась, инстинктивно вдохнула, а потом осела мне прямо на руки.
– Хватай и неси ее, я захвачу вещи, – Трубецкой наподдал лежащему еще разок, а потом собрал перчатки. – Шлем, черт тебя подери! – на мою голову тут же нацепили тяжелый шлем. – И живее, живее! Мы спешим!
Едва ли не подталкивая меня в спину, Павел спешил к выходу.
У входа в клинику собирались зеваки. Мы же быстро заскочили внутрь пожарного автомобиля. Павел швырнул в салон следом за мной небольшой, но жутко вонючий пакет размером не больше пачки листов формата А4.
– Что это было? – набросился я на Трубецкого, когда мы отъехали от клиники.
– Поговоришь с ней, когда она придет в себя. Я тоже с ней переговорю, – с ледяным спокойствием ответил шпион. – А тебе я на всякий случай еще раз напоминаю. У нас важное дело. Оно касается не только тебя и Анны. Поэтому будь добр – если я попросил поживее, то делай все так быстро, как можешь. Я не для того тебя вытащил, чтобы ты медлил. Так что оставь вопросы на потом, – закончил он, так и не дав мне открыть рта. – Просто следи, чтобы она дышала.
– Что???
– Я пошутил. Просто следи за принцессой!
Возле гаражей мы перегрузились в легковушки и направились в разные стороны:
– Был рад знакомству, Максим Леонидыч, – потряс мне руку Эд и укатил.
То же сделали и мы. Павел сел за руль, а я расположился на заднем сиденье. Анну уложили так, чтобы ее голова оказалась у меня на коленях. До самого поместья она так и не пришла в себя.
На руках я внес ее в дом, чем заслужил от Трубецкого очередное саркастическое замечание:
– Вот, отлично, уже вживаешься в роль.
