— Правильно понял. Только не принадлежишь, а состоишь, поверь, это немного разные вещи. Топай быстрее, у нас не так много времени. Мне через час нужно быть на занятии у брата Нэйгуна. А у тебя, думаю, миллион вопросов, так что хорошенько подумай над тем, что спрашивать.
Скача вниз по лестнице как горная газель, инструктировала она. Петляя по узким улочкам, мы шустро удалялись от зиккурата. Поначалу я старался запомнить маршрут, но потом плюнул решив, что сориентируюсь позже. Выскочив на небольшую торговую улочку, Тинкер нырнула в неприметную дверь.
В помещении, обнаружилась несколько низеньких столиков, обложенных потертыми от долгого ежедневного сидения подушками. Я тут же ощутил на себе взгляды компании, расположившейся за одним из них. Группа воинственных джентльменов весело проводило время под звон бубенчиков пришитых к шёлковым поясам восточных танцовщиц. За аккомпанемент отвечали трое музыкантов, обряженных в цветастые гандуры с широкими текстильными поясами, усеянные золотым узором. Моя новая знакомая оборвала просмотр восточного шоу. Не останавливаясь, она дернула меня за одну из плотных занавесей, проведя в отдельный кабинет
— Усаживайся, перекусим. Хотя ты тут сколько? Поди не успел еще соскучится по нормальной еде, — сунула она мне стоявший в углу кувшин с длинным носиком.
Пока мы приводили себя в порядок, поливая друг другу на руки и стараясь не разбрызгать воду мимо таза, в кабинет заглянул хозяин. Сухонький мужичек с узкими раскосыми глазами, которые быстро бросили в меня холодный оценивающий взгляд.
— Это наш новенький. Зовут Гарри, — кивнула она на меня, добавив. — Нам как обычно.
Дождавшись, когда седая голова исчезнет за занавеской, повернулась ко мне и начала рассказывать.
— Слушай и не перебивай. Запомни это место, сюда пока будешь ходить на обед. Этому скряге клан все оплачивает. Чего скуксился? — увидела она мою реакцию при упоминании клана. — Я не твоя мамочка, за ручку водить не буду. Твое дело, ходить или не ходить. Но если хочешь нормально развиваться, советую не пропускать приемы пищи. Это не стандартная кормёжка, клан заботится о своих членах.
— С какого это я им свой стал? — не выдержав, я с вызовом задал давно мучающий меня вопрос.
— А с того, что принял их предложение. Не надо изображать из себя невинную овечку. Без твоего согласия ничего бы этого не случилось, — зло оборвала меня Тинкер. — Теперь уже не отыграешь назад. Домой тебя при всем желании уже не отправишь, твое старое тело мертво. Понимаю, многих накрывают панические атаки. Но былую жизнь ты уже не вернешь. Поверь проще смириться.
Сбавив обороты, понуро проговорила она, глядя на подавальщицу, принесшую нам глиняные горшочки. У меня же разом выбило из головы все вопросы кроме одного.
— Как так мертво? — пересохшими губами прошептал я.
— Да вот так! Неизбежное последствие проводимого ритуала. Он ведь из тела реципиента черпает энергию. Все рано без души оболочка долго не продержится, зачем добру пропадать. Да и вопросов лишних меньше будет. Помер и помер, — излишне безразличным голосом ответила мне Тинкер, чем дала понять, что её эта тема тоже цепляет за живое.
Дальше мы сидели, молча, думая каждый о своём. Я пытался отойти от шока, чувствуя себя подавленным и растерянным. Неприятно осознавать, что ты в некотором роде умер. Вернее то, что раньше было тобой. Мой разум тут же наполнился новыми вопросами и сомнениями. Смешанные чувства одолевали меня: отчаяние, злость, любопытство и даже какой-то непонятный азарт. С другой стороны, я никогда не был человеком, который легко сдается. Вот и теперь при мыслях о том, что моя жизнь навсегда изменилась, внутри нарастало странное волнение. Хотя возможно, это была всего лишь реакция на появлявшуюся на грубом деревянном столе снедь. Голод не тетка, несмотря на сногсшибательную новость он никуда не делся.
Поставив корзинку с теплыми мини-лавашами, подавальщица ловким движением сдернула крышечки глиняных горшочков и с поклоном удалилась. По комнате тут же разлился чарующий аромат мясного рагу, мгновенно притупивший в моей голове все набившиеся в нее мысли. Чтобы не захлебнуться слюной, я закинул в рот ложку обжигающего варева, после чего, обиженно мыча, громко задышал в попытке сбить температуру. Уяснив на практике, что мясо как локоть пока недоступно, вытер слезы и ухватив кружок лаваша приготовился слушать дальше. Мои голодные метания вызвали легкую улыбку у собеседницы. Убедившись, что вернула мое внимание, она продолжила свой рассказ.
