Пришлось, переборов свою мимолетную слабость, присоединиться к опекуну. Впрочем, я сам подсознательно ощущал, как по мере разрушения старых нейронных связей знания и умения этого тела буквально утекают словно вода сквозь пальцы. И если на сугубо личные воспоминания мне было попросту плевать, свои бы уберечь, то наработанные навыки и знания местных реалий хотелось бы перенять в полной мере. Понятно, что многое усваивалось автоматом, без моего участия. Например, те же языки. Оказалось, что помимо общего, который использовался разумными во всех связанных мирах, я заполучил пару местечковых наречий. Мне даже удалось решить вопрос с письменностью. Правда, был вынужден за неимением канцелярских принадлежностей накарябать буквы алфавита в уголке прямо на песочке. Но это лучше, чем потом по новой самостоятельно учиться писать и читать. Учитывая окружающую действительность, следующий пункт, с которым не помешает разобраться, — моторика и физические показатели тела. Нужно понять, на что оно способно, поскорее срастить эти возможности с вбитыми в подкорку рефлексами. В противном случае, в самый неподходящий момент они могут дать сбой.
В тишине мы направились в южную сторону лагеря. На жаре с полным брюхом болтать не хотелось. Еще с зиккурата именно в этой части я заприметил что-то похожее на огороженные спортивные площадки. Сиеста вкупе с послеобеденной жарой загнала редких жителей поселка подальше от прямых солнечных лучей. Прошмыгнув по пустынной улочке, мы оказались перед закрытыми массивными воротами. Их украшала ярко раскрашенная мешанина из лепнины, изображающая канонические сцены обретения одаренными могущества. В одном месте они медитировали, в другом — с величавым выражением лица рубили неприятелям их тупые головы. Времени разглядывать масштабную диораму чужих подвигов мне не дали, утянув за рукав в приоткрытую калитку.
— Это место тоже запомни. Все равно определят сюда ходить, как и всех наших. Мастер Нэйгун Чэнь хоть и себе на уме, но лучший в своем деле, — пояснила выбор локации Тинкер.
За воротами обнаружилась просторная огороженная площадка диаметром около пятидесяти метров. Несколько обособленных групп послушников занимались в разных ее частях. Одна группа самозабвенно изображала пожилых китайских бабулек, упражняющихся в витиеватой гимнастике похожей на цигун. Они плавно совершали замысловатые пируэты, сосредоточенно дыша в такт движениям. С другой части ристалища доносились отрывистые выкрики. Это другие ученики совершали акты физического насилия над безобидными манекенами. Ребята энергично лупили манекены, браво демонстрируя свои боевые навыки. Были и просто лентяи, делающие вид что медитируют, расположившись вдоль стены в теньке под навесами. Именно к ним мне и захотелось присоединиться. Всё это безобразие контролировал седовласый господин. Чинно отхлебывая из пиалы, он с непроницаемым выражением лица восседал в небольшой беседке, взирая оттуда на потуги своих учеников. Группы послушников продолжали занятия, не обращая на наше появление никакого внимания. Я почувствовал себя немного потерянным в этом хаосе движений и звуков, словно новичок пришедший первый раз на спортивную секцию. Поборов замешательство, огляделся, пытаясь сообразить, чем бы мне заняться.
— Тут бегать можно? — спросил я Тинкер, решив для начала разогреться.
— Можешь прямо здесь пару кругов нарезать. Но вообще, вон за той аркой, — махнула она рукой, указывая за какой именно. — Есть полноценная полоса препятствий, можешь там поскакать и проверить свои рефлексы. Вон там можешь железо потягать, а вот тут — раздевалка для мальчиков. Всё, дерзай, малыш, — дала она последние наставления и, подмигнув, удалилась.
Оставив вещи в раздевалке, я побежал, постепенно увеличивая темп. Лёгкий ветерок приятно освежал лицо, а тело с радостью отзывалось на нагрузку. Казалось, ноги сами несут меня вперед. Нарезав около десяти кругов, я остановился и начал разминаться, не обращая внимания на зрителей. К моему удивлению, в привычную череду упражнений как бы сами собой прокрались новые, незнакомые мне движения. Решив поэкспериментировать, немного попрыгал, зверски избивая свою тень, после чего полностью выпустил тело из-под контроля. Мир вокруг меня внезапно крутанулся вокруг оси, пока я сообразил, что это было сальто, в голове начали всплывать привычные для прошлого владельца связки ударов. Полностью отдавшись во власть загружаемой базы инопланетного боевого искусства, начал размахивать руками и ногами. Не знаю, сколько я крутился, изображая боевую мельницу. Под конец меня знатно так пошатывало, пот застилал глаза, а удары больше походили на метания подвыпившего пчеловода, отмахивающегося от обозлившихся кормильцев. В итоге, ноги подогнулись, и я под смешки появившихся зрителей без сил шлёпнулся на задницу. Не обращая внимания на весельчаков, прохрипел.
— Я знаю кунг-фу, — и завалился на спину прикрыв глаза.
