Не все в клане Прайд недальновидны (читаем: не идиоты), как «критик», погребенный под обломками рояля. Как Хэйт осведомлялась о местонахождении и занятости Шрама прежде, чем лететь в Ла Бьен, так и кто-то из шерстистых сопоставил визит главы Ненависти в цветник и атаку на ее подчиненных.
Реализовано это было на участке между Бэнтпассом и манором. Там, куда пока не дотянулись корни аллеи из особенных деревьев.
Самообладания Хэйт в момент получения оповещения хватило на то, чтобы скинуть информацию в клан чат. Крик о помощи не понадобился: парни из группы Сорхо, как и сам трактирщик, мигом подорвались к месту столкновения.
И то, она до последнего сжимала в руке кристалл мгновенного переноса. Сменила его на кисть лишь тогда, когда пришла весть об отражении атаки. Подробности удалось выяснить уже после выступления. Художница механически жевала вкуснейшие блюда из морепродуктов, что на вкус ощущались, как пластилин. И читала отчет.
Ее подчиненным повезло, что нападение случилось недалеко от Бэнтпасса. Храмовники споро отреагировали. Пришли на помощь небольшому каравану, доставляющему припасы, строительные материалы и прочие нужности во владения Хэйт.
Телеги и материалы разрушены, восстановлению не подлежат. Несколько тягловых лошадок сильно ранены. Но их на месте подлечил лекарь из Ордена Балеона, а поддерживающим лечением обещал заняться мастер Винис. Травы возле его нового дома уже успели вырасти, да и соседка Фарра поможет с недостающими ингредиентами.
Главное: люди живы. Это огромное везение, ведь обычные работяги редко могут похвалиться высокими уровнями.
Сработала и «аллея древесной славы». Пусть напали эти кошаки драные и далековато от растительных стражей, но деревца отправили листья в полет. Порыв ветра, организованный специалистом по культурным растениям, внес существенный вклад.
«Детки» древа искушения слабее «материнского» дерева. Тем более, об искушении речи не шло: нападающие не стали бы слушать шелест листвы. Все направленные в полет листья несли ослабление. Им это дорого далось: оголенные ветви засохли, а самый близкий к месту событий росток сбросил всю листву, до последнего зеленого листочка. Он погибал, несмотря на полив водой из Источника Мудрости.
Сорхо с парнями успели под самый финал столкновения. По большому счету, исход боя решили орденские храмовники. Но по паре тумаков ребята успели отвесить кошакам, хоть немного отвели душу. У главы Ненависти такой роскоши не было. Она вела переписку с Ли Хао в выделенном для глав союзных кланов чате.
Так что предложению Вала — приобщить шерстистых к высокому искусству путем открытого соприкосновения с оным — Хэйт обрадовалась больше, чем письму от представителя ратуши Велегарда. В письме, к слову, сообщалось, что беседка с копией барельефа «Верность» установлена и открыта для посетителей. Долю от подношений (одна четвертая часть) она, как создательница, будет получать еженедельно. Деньги уже скоро начнут поступать на ее личный счет в гномьем банке. Это значило, что и изначальная «Верность» теперь усиливает параметры.
И верно: бафф с десятипроцентной прибавкой ко всем характеристикам на два часа они получили, прикоснувшись к картине в камне.
Но сейчас ни это усиление, ни новый денежный поток (от копии в Велегарде) не радовали главу Ненависти. Она сидела на корточках возле чахлого деревца с поникшими голыми ветками и пыталась сообразить, как его спасти.
Возможно, это было бы под силу Вершителю. Вот только Монк — единственный среди парней, кто способен видеть неприкаянных духов. Он нужен там, эта миссия чрезвычайно важна.
Но и этот малыш, уже даже не зеленый, скорее, бурый, усыхающий на глазах, заслужил жизнь. Его жертва помогла уцелеть людям. И пусть что люди, что деревца — все были воплощением труда гейм-дизайнеров, Хэйт было плевать. Это были её люди. И её растения. И не каким-то уродам на них покушаться.
Война кланов — это про игроков. Обязательно было вмешивать в конфликт местных? Нет же!
— Мы этого так не оставим, — Вал опустился на землю рядом с Хэйт. — Хотя о том, что это всё не просто деревья, можно было и раньше нам рассказать.
— Молчи, — ткнула барда в плечо Хель. — Сейчас речь не о том.
— Речь о том, как пустить шерстяные клочки по закоулочкам, — рявкнула Барби.
— Наше деревце им еще поперек горла встанет, — в кои-то веки согласилась с зеленокожей Маська.
— Пустим, — согласилась Хэйт. — И вставим. Но сначала все же попытаемся помочь маленькому… Стоп. Маленькое. Фея!
Призванная носительница писем материализовалась над чахликом.
— Тебе нравилась концепция умирания? — резковато спросила художница. — Любуйся. И, пока наслаждаешься зрелищем, расскажи, что хотя бы в теории может спасти погибающее растение? Этот маленький древесный защитник пострадал, защищая людей от нападения.
Дом фей — крона Изначального Древа. Фея — ярый противник тех, кто обижает маленьких. Если способ есть, феечка — лучший источник знаний.
