«Нет, я буду играть на ударных, а ты будешь диджеем. Черт, чувак, притворись, что ты гитарист, – ты можешь взять любой жанр музыки, а я либо подстроюсь под него, либо как-нибудь обыграю. Убираешь из трека ударные, а я их исполняю. А под песни с медленным ритмом можно сделать партии в два раза быстрее, и получатся живые ремиксы». У меня было видение того, как Адам дает мне какой-нибудь акапельный трек, а я играю на барабанах и драм-машинах.
В первый раз, когда мы встретились поиграть, мы джемовали семь часов. Я не знал, что он будет играть, потому что он не знал, что буду играть
Мы продолжали вместе репетировать и стали давать концерты в местных клубах. Я думал о том, что мы с ним делаем то, чего никто еще никогда не делал.
Мы с Адамом почти сразу попали на большой концерт радио «КРОК» – «Инланд Инвейжен». После этого нас стали приглашать играть в клубы Лос-Анджелеса и Вегаса, и мы устраивали мобильные вечеринки. Это было лучшее время в нашей жизни.
Адам был моим самым близким и лучшим другом. Думаю, у них с Трэвисом получилась такая связь, потому что они из одного теста. Они выросли в неполных семьях и познавали мир на улицах. Оба самостоятельно разбогатели, начав с нуля. Их обожают миллионы людей. Они оба любят женщин. Эти парни – лучшие каждый в своем деле, в игре на своем инструменте. Они могли бы вместе учиться в старшей школе, с разницей в два класса. Они выросли на одной и той же музыке. Все эти сходства способствовали их взаимопониманию.
Тем временем Transplants должны были записывать трек для сольного дебюта Бан-Би – олдскульного рэпера из Хьюстона, одного из двух участников легендарного «Ю-Джи-Кей». План с треском провалился, когда Transplants распались. Скинхед Роб сказал Бану: «Нашей группы больше не существует – мы берем гребаный перерыв. Но не волнуйся, я попрошу Трэвиса записать тебе бит».
Потом Роб позвонил мне и сказал: «Йоу, чувак, можешь записать Бану бит? Ты крутейший барабанщик – у тебя должно получиться».
Я никогда в жизни такого не записывал, но у меня была пара мыслей, и я всегда хотел побыть продюсером, поэтому ответил: «Черт, конечно!» Я вернулся домой и пошел в студию, которую устроил у себя в подвале, где были в основном барабаны и программа «Pro Tools». Я не знал, что делаю. Но, как говорится, проблемы – это возможности в рабочей одежде. Научиться создавать настроение в законченном инструментальном треке, а не просто бить в барабаны – задача непростая, зато захватывающая. Это был мой шанс вернуться к жанру музыки, который я любил. Хотя я сам не читал рэп, я нашел способ поучаствовать в создании хип-хопа.
Один мой приятель, Кевин «Светшоп» Бивона, играл со мной на клавишах, а еще один, диджей по имени Райан Бест, добавил скретча. Я записал в студии четыре трека. Один я отложил, а Бану отправил остальные три. Ему очень понравился один из них, который в итоге превратился в песню «Late Night Creepin’». Они с Робом зачитали рэп, и получилось очень круто. Я был так рад, когда вышел его альбом
В 2005 году в эфир вышло шоу
