Между прочим… полностью

– Значит, по-твоему, не стоит жить вообще, все равно «все в землю лягут, всё прахом будет».

– Именно так.

– Значит: рождается ребенок, маленький, хорошенький, орет. И в этот момент ему говорят: «Чего ты орешь? Чему радуешься? Пройдет каких-то восемьдесят лет, и ты помрешь, и тебя отволокут в морг и вспорют, как кролика, а потом сожгут, и прах зароют». Так?

– Примерно.

– Этот ребенок заорет еще громче от ужаса. Каждому дан свой отрезок времени, и внутри этого отрезка он должен оставить потомство и жить полноценно. По возможности – счастливо.

Ги де Мопассан сказал: «Смысл жизни в том, чтобы хорошо делать свое дело». Вот я и делаю. И по возможности счастлива.

– А что осталось от Пушкина?

– Его стихи. Неужели непонятно? Пушкина до сих пор никто не превзошел.

И еще… ты будешь смеяться. По телевизору недавно показали потомка Пушкина. Он водитель трамвая. И он отдаленно похож на Александра Сергеевича. Вот эта линия от носа к щеке. Неуловимо похож… Парадокс: дворянин и гений на малооплачиваемого водителя трамвая… Но это уже другое время, другая жизнь, и пусть она идет, как ей суждено.

– Для чего писатель приходит?

– Для того чтобы осмыслять жизнь вокруг себя. Писатель чуть-чуть проповедник. Он проповедует с поднятым пальцем. Этот палец не должен быть заметен, иначе проповедь будет скучной. Паства разбежится, не дослушает до конца. В смысле не дочитает…

– Вы крещеная?

– Я не крестилась. Но я все равно чувствую, что у меня есть ангел-хранитель. Со мной всегда случается только то, что должно случиться. Я чувствую присутствие какой-то охранной силы. Может быть, это мой папа.

– Интересно…

– Он рано умер. В тридцать семь лет. Я была маленькая, но хорошо помню, как я заболела воспалением легких. У меня была температура сорок, и он на руках понес меня к врачу. Я была четырехлетняя, довольно тяжелая, в пальто. Он прижимал меня к себе и говорил все нежные слова, которые знал. Он произносил их мне в лицо. Вокруг темно, тишина и папины слова, которые лились на меня, как теплый дождь. Я их слушала, закрыв глаза. Это всегда со мной, его нежная и самоотверженная любовь.

– Такого больше не было?

– Такого больше не было.

– Никогда?

– Все остальные любови, которые были в дальнейшем, – это любови корыстные, то есть: я тебя люблю, но и ты тоже меня люби. Я тебя люблю, а ты меня? Взаимообмен. Любовь на любовь. А в случае с папой – только любовь в одну сторону.

– А слов его не помните?

– Даже если бы помнила, не стала говорить. Это мое.

– Мое поколение тихо идет к финишу. Недавно умерла Белла Ахмадулина, Данелия позвонил мне и сказал: «Ты ее не жалей. Потому что она очень болела. И то, что она умерла, – для нее благо. И когда я умру, ты тоже меня не жалей. Я так плохо себя чувствую, что лучше бы я ничего не чувствовал».

Я ответила: «Ты, пожалуйста, не умирай. Если ты умрешь, уже никого не останется, кто помнит меня молодую, красивую и счастливую».

– А он что?

– Он сказал: «Ты не беспокойся. Если даже я умру, ты меня позови – я тебе приснюсь, и мы опять повидаемся…»

Наши отношения опустились в культурный слой, но они существуют где-то в глубине, а может быть, и в космосе. Можно жить друг с другом бок о бок и отсутствовать, а можно жить на разных концах земли и быть вместе.

Федерико Феллини мызгал свою Мазину так, как никому не снилось. У него были самые красивые женщины и не самые красивые тоже. Но в конце жизни он буквально не мог жить без своей Джульетты. А когда Федерико умер и выносили гроб, то Мазина – лысая после облучения, в какой-то шапочке, старая, умирающая – аплодировала стоя, потому что выносили ее жизнь.

– Какой хороший финал у любви…

Виктория Токарева.

Портрет работы Анатолия Зверева

Виктория Токарева, 1962 год

Виктория Токарева, 1963 год

Виктор Львович Токарев, 1960 год

Виктория Токарева, 1977 год

Виктория Токарева. Ялта, 1974 год

Виктория Токарева, 1987 год

Наташа Токарева с сыном Петей, 1987 год

Виктория Токарева и Георгий Данелия, 1977 год

Виктория Токарева с Федерико Феллини, 1987 год

Наташа Токарева с мужем Валерием Тодоровским, 1983 год

Наташа Токарева, 1981 год

Петя Тодоровский, 1989 год

Петр Ефимович и Петр Валерьевич Тодоровские, 1989 год

Виктория Токарева с внуком Петрушей, 1985 год

Виктория Токарева с внуком Петрушей, 1991 год

Катя Тодоровская, 1998 год

Виктория Токарева с дочерью Натальей и внуком Петрушей, 1990 год

Виктория Токарева с внучкой Катей, 2000 год

Наташа Токарева с мужем Валерием Тодоровским и сыном Петей Тодоровским, 1992 год

Правнук Илюша Тодоровский, 6 лет (2015 год)